– Этот Рипли вовсе не случайная, неучтенная переменная, – продолжил кукольник. – Он просчитал мой план и внедрил в него свой. Я допустил ошибку, Карина. Это непостижимо. Это просто невозможно! Лишь чудом мне удалось вернуть план на изначальную колею, вот только чудо – это совсем не то, с чем я работаю. Я никогда не ошибаюсь, так почему же ошибся сейчас? Меня… переиграли…
– Очень… рад… слышать… – раздался вдруг хриплый и в то же время словно бы жидкий, текучий голос.
Кукольник обернулся. Карина выпрыгнула из кресла и испуганно забилась за него.
Почувствовав шевеление над головой, Гудвин глянул наверх. Уродливая бесформенная тварь, отдаленно похожая на спрута, поползла по потолку, оставляя за собой скользкий чернильный след. Среди щупалец проглядывали глаза, десятки глаз…
– Вы… не… надежны… Блохх-х-х-х… – прошипела тварь.
Кукольник покачал головой: он не был удивлен тому, что тварь сюда проникла. Его поразило то, что он не заметил ее после возвращения.
– Чернильник, – угрюмо констатировал Гудвин. – Вы уже здесь…
Тварь открыла пасть, и с нее на пол закапала черная слюна.
– Моро… прислал… меня…
– Моро не должен был! Слишком рано!
– Не… верит… вам… Наше… дело…
Кукольник кивнул на стол у стены.
– Ваш костюм.
Тварь оторвала одно из щупалец, спустила его на пол, за первым последовали второе, третье, шестое… С отвратительным хлюпаньем тварь переползла на пол и направилась к столу. Любой нормальный человек, лишь увидев то, что на нем лежало, тут же опорожнил бы желудок. Человеческое тело… или, вернее, только кожа, снятая с человека, как кожура…
Обвив эту кожу, тварь принялась забираться в нее, заполняя ее собой. Щупальца проникли внутрь рук и ног, внутрь головы. Наполнив собой «костюм», тварь медленно поднялась – ломано, дергано, сотрясаясь и покачиваясь.
Спустя несколько мгновений возле стола уже стояла высокая человеческая фигура. Ожившие руки застегнули пуговицы, просунув их в прорезанные в коже отверстия. Последний черный отросток исчез внутри, и тонкие длинные пальцы застегнули костюм полностью – двенадцатая по счету пуговица вошла в прорезь на затылке. Как только это случилось, кожа обрела болезненный серый цвет, чуть походя на выцветшую бумагу.
– Хорошо сидит, – заметил Гудвин. – Ваш размер. Наш портной угадал.
– Тесно, – ответил Чернильник. Было видно, что шевелить губами ему сложно. – Здесь… носят… одежду…
Кукольник кивнул на тот же стол – на нем были сложены вещи, приготовленные им специально для гостя из чужих краев.
Когда Чернильник оделся, его стало не отличить от обычного габенского джентльмена. Почти не отличить.
– Зачем вы прибыли? – спросил кукольник. – Нетерпение Моро может стоить нам плана. Я уже близок.
– Вы отключили маяк?
– Пока нет, но скоро я выясню местоположение Министерства Тайных Дел. Я заполучил гремлинов – они сейчас за стеной, в старом кабаре. И я…
– Вы еще не отключили маяк. Моро и весь корпус ждут. Экспансия ждет.
– Я занят тем, что…
– Вас переиграли, Блохх. Вы сами так сказали.
– Это были временные трудности.
– Я прибыл. Я ускорю процесс. Вы хотите замедлить нас?
– Ни в коем случае. – Кукольник подошел к креслу и уселся в него, закинув ногу на ногу. Выжидающе поглядел на незваного гостя через прорези в маске. – Что вы будете делать?
Чернильник помолчал, будто обдумывая, стоит ли выдавать свои планы Блохху.
– Я отправлюсь на охоту за Мареллибленом. Но сперва… «Сомния»…
Кукольнику мучительно захотелось потереть виски – внезапно сильно заболела голова. Его руки дрогнули.
Из уха Чернильника выполз кончик черного щупальца. Монстр склонил голову набок, и оно заползло обратно.
– Я предвестник Ворбурга, – сказал он. – Ворбург скоро будет здесь.
