Голодно солдатам в походе. Сухари от ненастной погоды размокли и сгнили. Швейцарские селения редки и бедны. Ели лошадей, копали коренья в долинах. А когда кончились коренья и лошади, взялись за конские шкуры.
Исхудали, изголодались вконец солдаты. Затянули ремни на последние дырки. Идут, вздыхают, вспоминают, как пахнут щи, как тает на зубах каша.
– Хоть бы каравай хлеба! – вздыхают солдаты. – Хоть бы сала кусок!
И вдруг в какой-то горной избе солдаты и впрямь раздобыли кусок настоящего сала. Кусок маленький, размером с ладошку. Обступили его солдаты. Глаза блестят, ноздри раздуваются.
Решили солдаты сало делить и вдруг призадумались: как же его делить – тут впору одному бы наесться.
Зашумели солдаты.
– Давай по жребию, – предлагает один.
– Пусть съест тот, кто нашёл первым, – возражает второй.
– Нет, так – чтоб каждому, каждому! – кричит третий.
Спорят солдаты. И вдруг кто-то произнёс:
– Братцы, а я думаю так, отдадим-ка сало Суворову.
– Правильно! Суворову! Суворову! – понеслись голоса.
Позвали солдаты суворовского денщика Прошку, отдали ему сало, наказали вручить фельдмаршалу. Довольны солдаты. И Прошка доволен. Стал прикидывать, надолго ли сала хватит. Решил: если отрезать в день кусок толщиной с палец, как раз на неделю получится.
Явился Прошка к Суворову.
– Сало?! – подивился тот. – Откуда такое?
Прошка и рассказал про солдат. Мол, солдатский гостинец.
– Дети, богатыри! – прослезился Суворов. Потом повернулся к Прошке и вдруг закричал: – Да как ты взял! Да как ты посмел! Солдатам конские шкуры, а мне сало…
– Так на то они и солдаты, – стал оправдываться Прошка.
– Что – солдаты?.. – не утихает Суворов. – Солдат мне дороже себя. Немедля ступай, верни сало. Да спасибо скажи. В ноги поклонись солдатам.
– Так они же сами прислали, – упирается Прошка. – Да что для них сало с ладонь! Тут лизнуть каждому мало. Вон их сколько, а сала как раз на одну персону.
Глянул Суворов на сало. Правда, кусок невелик.
– Хорошо, – согласился Суворов. – Ступай тогда в санитарную палатку, отнеси раненым.
Однако Прошка снова упёрся:
– Раненым?! Да куда им сало? Да им помирать пора!
– Бесстыжая душа твоя! – заревел Суворов и потянулся за плёткой.
Понял Прошка, что дело может дурным кончиться.
Подхватил сало и помчался к санитарной палатке.
На следующий день солдаты повстречали Прошку.
– Ну как сало? – спрашивают. – Ел ли фельдмаршал? Что говорил?
Только Прошка собрался открыть рот, а тут рядом появился Суворов.
– Детушки! – произнёс. – Богатыри! Отменное сало. С детства не едал такого. Стариковское вам спасибо! – И низко поклонился солдатам.
У Прошки от удивления глаза на лоб. А солдаты заулыбались, отдали фельдмаршалу честь, повернулись и направились к себе в роту.
– Понравилось, – перешёптывались они по пути. – Вон как благодарил. Сало – оно такая вещь, что и фельдмаршалу не помешает.
За Альпийский поход Суворову был присвоен чин генералиссимуса русских войск.
Возвращаясь с группой солдат на родину, фельдмаршал остановился передохнуть в пограничном трактире. Зашёл в избу, заказал себе холодной телятины, миску гречневой каши и стопку вина.
– Ну и каша, дельная каша! – нахваливает Суворов. – Давно такой не едал. И винцо дельное. Не грех за российского солдата такое винцо выпить.
Около избы расселись солдаты. Тоже едят кашу и пьют вино.
– Дельное вино, – хвалят солдаты. – Крепкое. Не грех такое за фельдмаршала выпить.
И лишь один Прошка крутился около лошадей. Его и обступили местные мужики.
– Что же это за такой непонятный чин теперь у твоего барина? – стали спрашивать они у суворовского денщика.
– А чего тут непонятное? – отвечал Прошка. – Тут всё ясное. Генералиссимус – надо разуметь так: генералам всем генерал. Самой главной персоной теперь получается.
– Ты смотри! – произнёс парень в онучах.
– А что, верно! – вставил хилый мужичонка в драных портках.
– Заслужил, – согласился мужик с бородой.
А Суворов стоял на крыльце и всё слышал.
– Не я! Не я! – закричал он с порога. – Не я, – повторил, подойдя к мужикам. – Вон Прошка мой самый главный. Вон тот, – ткнул в сторону рябого высоченного солдата. – Вот этот, – показал на приземистого седоусого капрала. – Вон они, – обвёл рукой остальных солдат.
При этих словах Суворов сел в таратайку и приказал погонять лошадей.
Поднялись, двинулись в путь солдаты. Заклубилась дорожная пыль. Грянула солдатская песня.
Остались мужики на дороге. Стоят, недоумевающе смотрят вслед.
– Пошутил барин, – наконец обронил парень в онучах.
– Чудно́е что-то сказал, – произнёс мужичонка.
– Эх вы! – заявил мужик с бородой. – Правду сказал фельдмаршал. Без солдата они никуда. В народе – русская сила. Он и есть генералам генерал настоящий.
Плохо было в России с медициной в прошлые времена. Не щадили людей разные болезни. Часто болезни бывали страшные: холера, чума, оспа.
В годы царствования Екатерины II снова оспа пришла на русские земли. Погибли тысячи людей.
