Рето снова посмотрел на Вольрама. Тот одобрительно кивнул и провел пальцем от уха до уха по горлу, посмотрев на воины, стоящего рядом со стариком. Воин, не раздумывая, достал топор и обрушил его на шею крестьянина. Голова старика покатилась по полу, а Рето почувствовал, как ему в лицо брызнула горячая кровь. Кто-то в толпе закричал, но ему тут же закрыли рот другие. Все застыли в немом ужасе, боясь издать звуки и разъярить скельсерридов. Воин толкнул к Рето следующего.
Это была молодая девочка с пухлыми губами и розовыми щеками. Она подняла испуганные глаза на Рето и открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же осеклась и опустила взгляд в пол.
Эти глаза напомнили Рето Алькмиду. Девчонку с южных регионов Дункъеля. Рето уже даже не помнил, с какого она была города. Рето к тому моменту уже восемь лет провел в рабстве. Алькмиду затащили в фургон прямо днем, когда она гуляла по улицам Вельмтаса. Ее привезли туда родители, когда им удалось взять отпуск, чтобы насладиться свергтдирскими красотами. Прямо в фургоне бандиты группой обесчестили ее и привезли в лагерь, где держали остальных рабов. Ее поместили в комнату с Рето, куда она прибыла уже сломанным существом, не видящим больше жизни. Рето понимал ее. Его тоже использовали, как секс-куклу, когда ему не находилось другой грязной работы. Рето наизусть запомнил то, что он повторял ей каждый раз, когда ее кидали в комнату после очередного изнасилования. «Всему приходит конец», – говорил он ей. И конец пришел. От других рабов он слышал, что Алькмида умерла в доме какого-то жестокого пожилого господина. Этому мужчине пришлось заплатить работорговцам штраф «за порчу имущества».
Рето не заметил, как сам стал смотреть на пламя свечи, подобно Вольраму. Спустя несколько секунд, отринув мысли, парень посмотрел на крестьянку.
– Охотиться умеешь?
Девчонка отрицательно покачала головой.
– Тяжести тоже не таскаешь?
Крестьянка просто молча застыла в одной позе.
– Мехкрайше… – Рето неожиданно для себя осекся. – Мехкрайше нтахьр.
– Не троньте мою девочку! – Послышался отчаянный женский крик из толпы.
Рето поднял голову и увидел, как молодая женщина, расталкивая всех, выбежала прямо к скельсерридам и встала между дочерью и воинами.
– Не трогай ее, зверь! – В ее налитых слезами глазах застыла злоба.
Рето снова повернулся к Вольраму. Чего он постоянно от него ждет? Совета? Рето и сам не знал. Вольрам с искренним интересом смотрел на парня и женщину перед ним.
– У любого животного родитель защищает свой выводок. – Сказал на скельсерридском Вольрам. – Но самоотверженность людей в этом плане не перестает меня поражать.
На лице Вольрама скользнула улыбка. Настолько ему стало интересно, как справится с этим делом парень. Рето повернул голову к женщине. Когда она выбежала сюда, он почувствовал раздражение и нарастающую злость. Но сейчас он видел в ней своих родителей, которые точно так же бросились защищать мальчика. Она достойна уважения хотя бы за то, что вышла из стада. Но как поступить теперь Рето? Он шел сюда с железной уверенностью в том, что эти животные заслуживают только презрение. А теперь стоит здесь и показывает свою слабость перед всей толпой.
– Ме…
Рето попытался выговорить слово, но губы не слушались его. Он слышал тяжелое дыхание женщины и всхлипы девчонки за ней. Рето бессильно опустил голову, но тут же поднял ее, попытавшись сделать уверенный взгляд.
– Мехкрайше нтахьр. Твахь (и ту, и другую). – Сказал Рето, и тут же опустил глаза.
Буквально через пару секунд после слов Рето второй воин оттолкнул женщину в сторону, и та упала на пол. Почти одновременно топоры взметнулись в воздух и в мгновение вонзились в пол, отделив головы крестьянок от тел.
Не менее трех часов еще Рето вершил судьбы людей. Были и те, кто умолял о пощаде, и кто рассказывал трогающие душу истории, и кто молчаливо принимал свою судьбу, но Рето справился с задачей. Из сотни крестьян лишь ровно пятьдесят пережили это утро.
Едва последнее решение было принято, Рето, не раздумывая, покинул храм быстрым шагом и вышел на свежий воздух. Запах скота и навоза показался чем-то приятным и пьянящим после невыносимого смрада пота, крови, испражнений и мочи. Рето ненадолго остановился и через несколько минут направился манящие бескрайние поля, напоминающие о Слайшцайнльене.
В лугах не было укромных мест, как в лесу, но, по крайней мере, стены не давили. Пройдя пару сотен метров вперед, Рето остановился и сел на траву, направив взгляд на гордые Горы-Заступники, за которыми лежит долгожданный Сетом. Когда-то скельсерриды высаживались даже на северных побережьях Свергтдира, но теперь это стало невозможным из-за очень мощной оборонительной линии, на которую ушли немалые средства. Возможно, когда-нибудь и южное побережье станет неприступным для налетчиков, и тогда скельсерридам придется уходить в дальние походы в Бескмолию, Дункъель и даже в далекие Рринквемальт и Ллатьярд. Рето старался занять мысли чем угодно, но только не недавним судом.
