На второй день после приезда в Бийск часть медицинского отряда (В. П. Подъяпольская, А. М. Кранцфельд, B. Н. Озерская и 3. Г. Василькова) уехала в город Улалу для гельминтофаунистического обследования ойротов. Они взяли три микроскопа и другой необходимый инвентарь. Ехать до Улалы 98 километров. И за этот путь трижды пришлось переправляться на пароме, один раз — под самым Бийском — через реку Бию и дважды — через реку Катунь. Только поздно вечером путешественники добрались до Улалы и заночевали у одного из извозчиков.
Доктора Подъяпольская, Кранцфельд посетили председателя областного исполкома Ивана Савельевича Улагызова. Будучи алтайцем, он прекрасно знал всю область, которую исходил пешком и объездил верхом на лошади. Он оказал большую помощь экспедиции.
Было решено выехать для обследования в село Бишбел-тыр. Это ближайший к Улале пункт, населенный алтайцами и имеющий по соседству несколько урочищ. Дорога пролегала в живописной местности, в долине шумной и извилистой речки Маймы, притока Катуни.
Село Бишбелтыр — в переводе на русский Пятиречье — расположилось на месте слияния пяти горных речек, в долине, окруженной сопками. Село небольшое — сельсовет, 72 двора, школа и маленькая деревянная церковь. Жителей всего 305 человек — неподалеку находится маслобойный завод, близ которого живет несколько русских семей — рабочие завода. Все остальное население алтайцы. Большинство построек в Бишбелтыре — небольшие деревянные избушки русского типа, часто ветхие. Однако во многих дворах кроме изб имелись и типичные алтайские постройки: шестиугольные, с очагом посредине. В них алтайцы жили в теплые времена года, а на зиму перебирались в избу. Алтайцы были оседлым населением, которое, однако, от своего прежнего образа жизни сохранило привычку перекочевывать хотя бы в пределах одного двора.
Основным занятием жителей Бишбелтыра было скотоводство, а весной, во время половодья, они занимались ловлей рыбы. Имена у всех русские, так как формально жители Бишбелтыра были православными, а фамилии у всех — местные. В царское время православие насаждалось среди алтайцев насильственно, и, восприняв внешнюю, обрядовую сторону православия, они по своим верованиям остались прежними язычниками. Весьма любопытным было смешение у алтайцев обрядов православной церкви со своими, языческими. Так, брак только тогда считался оформленным, когда он освящен обоими обрядами. К тяжелобольному часто последовательно приглашали шамана и священника. Некоторые из мужчин понимали по-русски, но плохо, а женщины — еще меньше.
В Бишпбелтыр отряд прибыл к вечеру. Большое содействие в работе экспедиции оказали местный учитель Иван Александрович Сыркашев, к которому члены экспедиции обратились по указанию Улагызова, и его жена Ксения Васильевна. И. А. Сыркашев был не только прекрасным переводчиком, но и принимал активное участие в проведении санитарно-просветительных бесед с алтайцами.
Урочище Куюм растянулось километров на пять вдоль быстрой, глубокой, узкой и бурной речки Куюм, впадающей в Катунь. Жилища алтайцев составляли три поселения — Верхний, Средний и Нижний Куюм. Сельсовет располагался в Нижнем Куюме, школа — в Среднем. При переезде из Нижнего Куюма в Средний и Верхний мы воочию убедились, как сложна здесь «транспортная проблема. По пути встречались такие огромные каменные глыбы, такие крутые повороты, что дорога, петлявшая вдоль шумящего потока, казалось, вот-вот прервется. Приходилось слезать с лошади, брать ее под уздцы и, прижимаясь спиной к скале, преодолевать препятствие.
Куюм по сравнению с Бишбелтыром — дикое место. И алтайцы, его населяющие, сохранили свой быт и облик в большей неприкосновенности. Их жилища представляли собой трехгранники, покрытые берестой. Жители были язычниками: близ Куюма находился жертвенник с березовыми стволами по сторонам, со множеством лоскутков, развешанных на стволах. В Куюме имелись только 4 избы русского типа: сельсовет, школа, дом учителя и жилище русских студентов-этнографов, командированных от Академии наук и живущих в Куюме второй год.
Санитарно-просветительные беседы проводили в сельсовете и в школе. Во многом помог учитель Куюма Константин Петрович Чевалков, у которого члены экспедиции переночевали.
Гельминтофауну населения Шории изучал отряд, возглавляемый В. П. Подъяпольской. По железной дороге отряд прибыл в Новокузнецк[28]. После длительных поисков удалось найти ямщика, который согласился доставить отряд в селение Мыски. Переправившись на пароме через Томь, отряд вступил на шорскую территорию. Первые шорские поселения носили явные следы обрусения. Миновав несколько улусов, отряд въехал в кривые улицы Мысков. Здесь он проработал 2 дня, а затем по узкой тропинке отправился в улус Чувашку. Первое гостеприимство отряду оказал шорец, студент Московского коммунистического университета трудящихся Востока Алеша Напазаков. Уже через несколько минут после приезда В. П. Подъяпольская выступила на сельском собрании, которое состоялось на открытом воздухе. Речь В. П. Подъяпольской Алеша переводил на шорский язык.
