Михеев. Дурные сны
Он скинул Комиссии отчет о «Дублинском инциденте» и залег на дно. Не глядя, ткнул пальцем в точку на бумажной карте и исчез в крохотном, занесенном снегом поселке под Екатеринбургом. Поселок этот был зажат между черным лесом, край которого наползал на дома, забирая свое после диких вырубок XXI века, и гигантским полем теплиц одного из имперских агрокомплексов. Поэтому ночами за поселок бодались древняя лесная тьма и химический желтый свет тепличного поля.
Михеев вставал до света, в шортах и кроссовках выбегал из перекошенного, сонного дома, бежал к опушке. Возвращался мокрый, окруженный клубами пара, лупил подвешенную в сарае-гараже задубевшую грушу, растирался снегом, потом жестким махровым полотенцем и садился думать.
Резал старым, сточенным чуть не в шило, острейшим ножом желтую бумагу, писал карандашом, раскладывал, тасовал, пытаясь выйти не только на веер последствий, но и на веер вариантов. Морщился от того, что каждый раз выходила какая-то дичь, начинал сначала.
Вот – кладем слева – превращение большей части транснациональных компаний, принадлежавших разным ветвям старых денег, в Объединенную Корпорацию. Довольно давно было, но Михеев еще помнил, как захлебывались ведущие новостных каналов и истерически орали друг на друга аналитики популярных ток-шоу.
Дальше – вливание гигантских бюджетов в развлекательную медиасферу, евгенику, генетику, «поведенческий маркетинг», а в серой зоне – скромно – в управление глубинными поведенческими моделями и разработку того, что изящно называли «новыми системами мировоззрения, ориентированными на экологичное потребление» или, в профессиональной среде, «новыми религиозными культами».
Спасибо, отчеты читали, вплоть до архивных, о первых разработках новой волны – те еще по Восточной Европе. Результаты более поздних отчетов он видел сам: что в Азии, что прямо в центре Москвы. Полиция потом на ушах стояла.
Теперь чуть выше кладем листок с надписью «Окончательное решение» и рядом «Родильные капсулы?». Именно так, со знаком вопроса. И еще один, пожалуй, надо тут же положить – Advanced Research Ltd. Листка для испарившегося в кабинете Свонссона, который решил отойти в сторону, не понимая, что оттуда не выпускают, не нашлось. Да и не нужен он.
Еще, еще листки: «Конструкт?», «Велос – что это?», «Космос – выключили».
Михеев черкнул на новом желтом прямоугольнике «Создание слуг», подумал и положил между «конструктом» и «Велосом».
Отошел, окинул взглядом стол. Выскобленные сосновые доски почти полностью скрылись под прямоугольниками пожелтевшей бумаги. Что-то не давало покоя, казалось лишним… Нет, не лишним.
«Михеев, ты всегда был точен в терминах, ты никогда не любил случайных слов. Подумай, что же занозит тебя сейчас. Если не лишним, то…»
«Избыточным», – щелкнул он пальцами. Вышел на крыльцо как был, босиком, спустился по ступенькам – надо снег смести, снова навалило, – крякнув, растер лицо, шею, затылок снегом.
Солнце медленно лезло в небо над чернолесьем. В дальнем конце поселка гудели теплицы. Гомоня, пронеслась мимо забора ребячья стая.
«Вот так выйдешь, глянешь на улицу и даже кажется, что мир более-менее в порядке, – вздохнул про себя Михеев. – Старею, что ли?»
Передернул голыми плечами, вернулся в дом. Постучал пальцем по бумаге. «Космос – выключили», «Новые религиозные культы», «Поведенческий маркетинг».
Избыточно.
Зачем столько ресурсов на эти темы? В какой же точке должны пересекаться линии всех этих интересов?
Михеев достал одноразовый телефон с защитой от систем геолокации.
– Да, это Проводник. Поройся, друг мой, и увяжи все что можно по Черногории, программе «Велос», «Окончательному решению». И знаешь что – поройся еще в последних делах Тощего Билли.
Закончил звонок и отправил телефон в печь. Пластиком, конечно, вонять будет, зато надежно.
