– Я приду. А через неделю по какому времени? А то еще разминемся.
– Действительно. Забылся, увлекся воспоминаниями. Нет, все-таки в мире с нормальным течением времени порядка больше. Выбирай, по какому тебе удобно.
– По времени Эксорима. И семь вечера тоже по их времени.
– Договорились. Надеюсь, ты понимаешь, что приходить нужно без этой вот иллюзии, на Моринду фер Терри я уже насмотрелся, мне интересна Мария Ольховская. Ступай, тебя доставят к ближайшей доступной точке у Озера. Тебе ведь туда нужно? Дальше придется немного пройтись.
Задавать лишних вопросов не стала. Пройтись, так пройтись. Лишь бы домой.
Назад меня несли заметно аккуратней. Видимо, статус личной забавы князя давал свои привилегии. Отпустили возле речки, где я знакомилась с келпи. По ней через полчаса вышла к Озеру. Стянула с себя платье и принялась высматривать русалок. С нашего берега этот был почти не виден, кричать я боялась и единственный способ сообщить о себе видела только в них. Одна обнаружилась почти сразу, метрах в пятидесяти от меня. На мое приближение водная дева никак не отреагировала, в ответ на приветствие и просьбу позвать Ваади только смотрела большими грустными глазами и молчала. Кажется, наткнулась на молчунью. И что делать? Я понятия не имела, как себя с ней вести. Уже без всякой надежды на успех спросила:
– Ты Малку можешь позвать? Понимаешь? Малка, русалка. Знаешь такую?
Молчунья ушла под воду, окатив меня брызгами на прощанье. Я расстроенно махнула рукой и принялась высматривать другую. Малка явилась минут через десять.
– Маррия! Пришла! Ваади бегал! Фаарр бегал! Ругались! Девочки прятались! – отсутствие русалок получило объяснение: Младшие бушевали на всю катушку. – Молчунья звала. Я не знала зачем. Посмотреть хотела. Ты пришла!
– Малка, потом расскажешь. Позови ребят, пожалуйста.
– Ваади позову. Фаарра не умею. Ваади скажет.
– Зови, Малка.
У Ваади с Малкой – «прямая линия». Уже через минуту Младшие обнимали и трясли меня, а я ревела и цеплялась за них. Совсем скоро мы были дома.
– Вот же ж, штольня-рудничок! Вернулась девонька-то! От кровососов вернулась.
Бахрап сжал так, что, кажется, ребра хрустнули. Еще одни подобные объятия и свободную кровать в лазарете займу я. К счастью, Граж лишь хлопнул по плечу, не сильно, даже синяка не осталось. Выглянувший из лазарета Тайриниэль просто молча прижал к себе, я уткнулась носом ему в грудь и опять разревелась. Полноценно поплакать не дали. Алиани вышла искать Тайрина, обнаружила меня, расцвела в улыбке и тут же утащила за собой.
– Здесь немного, шесть точек, вены задеты, остальное можно потом.
– Я хотел зашить, но у него… – Тайрин так и продолжал держать меня за плечи.
У него самый крупный, оставшийся не тронутым жуткими узорами, кусочек кожи был не более трех сантиметров.
– Как зашить? Стой, не сейчас. Отойди пока.
Моих возможностей хватило на шесть опасных точек и места рядом с ними, куда Алиани пришлось наложить жгуты, по-другому кровотечение не останавливалось. К разговору о шитье я возвращаться не собиралась, догадывалась, что услышу. Начал его Мальтиниэль. Чрезвычайно познавательную лекцию о пользе иглы и нити для эльфийского организма я не дослушала, сбежала, откуда только силы взялись.
А потом отмытая, накормленная и укутанная в плед, рассказывала о своих приключениях.
– … договор они заключили.
– Тогда все на свои места становится. Меня то, как она клятву обошла, самого смущало. Понятно, не своими руками, но приказывала-то она. А так – идеально. Вампиры сами все сделали. Знать бы еще условия договора. Каиндеб не говорил?
– Не-а… … сидит и рассказывает про букет и оттенки, а у меня колени трясутся…
– Энофил недоделанный! Спалить бы его на хрен!
– Фар, спокойно.
– … и не одной мысли не обнаружил. Так и спросил, водятся ли они у меня вообще. А я его не чувствовала даже. Может, платье?
– Точно не платье, со змеем оно тебе не помогло. Маррия, а ты шлем свой сняла?
– Какой шлем? А, этот. Не знаю. А надо было? Ну вот, он… …а потом всех по имени назвал, кроме вас и Тайрина, но сказал, хватит того, что он есть.
– В принципе, ожидаемо. С гномами вопросов, вообще, не возникает, а кто дриад сдал? Свои не могли.
– Меня многие знают, не только в Лесу. А Узиани, скорее всего, хозяин Тайриниэля.
– У Тайрина нет никаких хозяев!
– Мар, не начинай, все все поняли.
– … когда про язык спросил, я сама удивилась. Я же понимала все, и его, и на площади. Это платье?
– Твою же… Мандрагора ползучая! Вад, мы два идиота. Мы про язык даже не вспомнили. Ты понимаешь, чем это могло закончиться?
– Ну, обошлось же…
– Чудом обошлось, Маррия. Непростительная ошибка.
– … как заклинило его на этом кино. Я за вас волнуюсь, за себя волнуюсь, а он со своими фильмами… Ой, я спросить хотела. Если он тут с Мрачных дней, то откуда он их знать может? А еще он потом сказал, что другие вампиры не знают. Получается, они из разных миров, что ли? Почему тогда он их князь? Совсем не понятно.
