Занимались мы дома и на берегу Озера. Я почти привыкла к сфере-батискафу и даже каталась в ней в одиночку, правда, с закрытыми глазами. От перемены места действия результат не менялся. Фаарр кипятился от моей бестолковости. Ваади десятками раз терпеливо объяснял, как и что делать. Иногда приплывала Малка, сочувственно вздыхала, качала головой и тоже пыталась что-то подсказать. Появлялись и другие русалки, но под строгим взглядом Ваади приблизиться не решались, только подавали издалека загадочные знаки, наверное, тоже помогали. Бесполезно. Ни малейшего прогресса на магическом поприще у меня не наблюдалось.
Отчаявшись добиться хоть какого-то результата нормальными методами, Ваади предложил спровоцировать эмоциональный срыв. Фаарр был против такого эксперимента, а я, собрав остатки воли в кулак, согласилась.
В новом номере «Женского журнала» были фотографии уже других эльфов, из предыдущих остался только один. Сердце сжалось от боли, в горле стал ком, но слез не было. И магия не проснулась. Ваади перешел к жесткому варианту и позвал Малку. Но русалка заартачилась и проводить сеанс кошмаротерапии отказалась. Повторяла: «Нельзя! Плохо! Страшно! Всем больно! Нельзя!», плакала и била по воде хвостом. Через несколько минут к ней присоединились десятки водяных дев. Я их не видела, только слышала голоса, но честно поддержала массовые рыдания. Ваади отправился успокаивать свой водный цветник. Фаарр занялся отпаиванием водой меня. Магия продолжала спать.
Вечерами мы сидели у костра и болтали, ребята играли на гитаре. Рассказывали о своих мирах. Я уже знала, что у людей после умнейшего сменились больше десяти императоров, сейчас на престоле Миред VI Умудренный, кто его умудрил и в чем это умудрение заключается – никому не известно. Дела в империи идут гладко, торговля процветает, отношения с оборотнями более-менее стабилизировались, набеги орков принимаются, как неизбежное зло, а самая большая головная боль императора – его дочь Амина, чьи фотографии видела в журнале. Девица желает свободы и изводит папаню и собственную охрану своими похождениями. Вожак оборотней Ха-Дэр недавно обзавелся наследником и весь СОС, Союз Объединенных Стай, третий месяц празднует это событие и гоняет по степи орков. Орки остаются верными своему принципу не меняться. Гномы работают, торгуют и судятся со всеми по любому вопросу. И платят вампирам страшную дань. Оказалось, что если для кровососов кровь людей и оборотней – обычная еда, то кровь гномок– редкое лакомство. И каждые три месяца одна из подгорного народа отправляется на ферму. Да, у вампиров есть фермы. Отдельные для людей, оборотней и гномок. На них никого не выпивают досуха, князь Каиндеб, после соответствующего внушения, строго следит за порядком. Доноров хорошо кормят, лечат и охраняют. А после десяти лет отпускают и даже выплачивают приличную сумму бусин. Вот только все побывавшие на фермах теряют вкус к жизни, забывают, что такое чувства и продолжают жить почти растениями. У оборотней еще есть слабый шанс восстановиться, для людей и гномок этот процесс необратим. Но если люди зачастую сами соглашаются на «фермерскую десятку», то для гномов это каждый раз трагедия. Однако справиться одновременно с людьми и оборотнями, требующими равноправия в этом вопросе, они не в силах. В установленный день сводный отряд Кастании и СОС конвоирует одну из них в Крахлет, вампирское княжество. Дриады не простили людям предательства эльфов, но после нескольких больших пожаров вынуждены были заключить с ними перемирие, однако прежней теплоты в отношениях больше не наблюдается. Хотя личные связи продолжают возникать, природа требует своего, но очень редко.
Ширму мне поставили, и я с облегчением перевела дух. Теперь могла не сооружать себе гнездо, рыбы перед моими глазами больше не мелькали. Проблему с проходом через стены Ваади тоже решил, предварительно хлопнув себя по лбу и обругав «колченогим кашалотом». Мне такое существо представлялось с трудом, но, наверное, ему было лучше знать. В стенах появились проемы, и я смогла передвигаться по всему дому.
Ваади время от времени уединялся с Малкой. Фаарр тоже частенько уходил за дальние деревья каждый раз с новой русалкой. Меня они в этом отношении особо не стеснялись, разве что свои секс-туры проводили в разное время, чтобы не оставлять одну.
Один час в неделю я выпросила себе в личное пользование. В это время занималась стиркой. Ребята обещали пополнить мне гардероб, как только смогут отлучиться с Озера, но пока приходилось обходиться тем, что есть. Вопросы личной гигиены и чистоты белья решались в комнате с удобствами, а вот остальные вещи… Нет, они мне честно предлагали все сделать магией, но я упорно стояла на своем и стирала джинсы и водолазку в Озере, потом сушила их на солнце и загорала сама. А еще отдыхала от них. Оказывается, постоянное общение с Младшими – это, действительно, как сказал Ваади, с избытком. Парни смирились с моим маленьким бзиком и этот час мне дарили честно, по крайней мере, их невидимого присутствия не ощущала.
