– Дак, известно же ж чьи, гномьи. Мы же ж завсегда с гномьих-то начинаем. Общие опосля учим. А вам, никак, сразу общие надобны-то? Вот же ж, штольня-рудничок, как же ж это я, дубина старая, не домыслил. Не гномочка, чай учиться будет-то. Дак, то же ж сложность не великая, поправлю, с другой стороны-то намалюю. Пойду, что ль?
– Иди, Бахрап. И вы девочки, собирайтесь, пока не дотянули…
– Я не пойду, – воспротивилась решению Огненного Узиани. – Я еще могу здесь. Я с Тайрином буду.
– Пойдешь, как миленькая, ничего с твоим Тайрином не случится, выспится нормально.
– Фаарр, зачем так говоришь, как гном?
– Что за глупости? Я о том, что ты его полночи вопросами и слезами изводить не будешь.
– Я не буду, я взрослая.
– Ага, заметно. Вад, забирай обеих. Утром вернетесь.
– Я вечером приду.
Этим самовольным решением Узиани вывела Фаарра из себя. Досталось от него всем.
– Только попробуй, больше сюда не попадешь. Алиани, утром обязательно. Ты мне здесь нужна. И только попробуй опоздать. Нас не будет, а Бахрапа с Тайриниэлем наедине оставлять не стоит, разговорчивый слишком.
– Пусть болтает, я привык, – у Тайрина вернулся его отстраненно-равнодушный тон.
– А я нет. И про Мар трепаться не позволяй. Придумал тоже, скорбная на голову!
– Фиг с ним, я на это внимания не обращаю, – попыталась смягчить резкость Огненного. Зря.
– Я обращаю! – он почти на рык перешел. – Если я тебя как-то и называю, так заслуженно. И, вообще, я имею право, а он – нет. А ты лучше молчи. Тема закрыта. Алиани?
– Я приду.
– Мы придем. Утром. Рано-рано. Только мне еще минуточку можно?
– Можно, три. Тайрин, проводишь подружку, к Мар приходи, разговор есть.
Эльф пришел, глянул на единственный свободный стул и расположился на полу у дальней стены.
– Веришь, достал! Нормально сесть – не вариант?
– Мне удобно. А Ваади…
– Вад себе возьмет. Мандрагора ползучая! Никак к этой твоей… скромности не привыкну.
– Ты нас помнишь еще теми, из Шорельдаля. Тех больше нет.
– Замолчи сразу. Сейчас Мар опять начнет причитать, что вы сломались и покорились.
– Мы не сломались. Наверное. По крайней мере, хочется верить, что нет. Но в нас это вбили. Не покорность. Осторожность, привычку лишний раз не напрашиваться. У меня это так. Думаю, у остальных тоже, у большинства. Фаарр ты еще кого-нибудь видел? В последнее время?
– В последнее – нет, раньше –многих. Хотел найти кое-кого.
– Нашел?
– Нет. Запретили искать.
– Понятно. О чем поговорить хотел?
– Сегодняшний указ. Сколько смогут продержаться те, кто попадет под него?
– Недолго. За всех сказать не могу… Понимаешь, если кому-то и повезло, что в более-менее нормальные условия попали, их скорее всего туда и не отдадут. Те, кого отдадут, будут вымучены и ослаблены до предела. Беглецы… Я к побегу год готовился. Ел, все, что удастся, ничем не брезговал, лишь бы сил накопить, под руку старался никому не попадаться. Бежал, когда почувствовал, что смогу уйти достаточно далеко. На третий день поймали. Десять плетей за каждый день. И десять авансом, на будущее. Встать сам не смог. Холстиной обмотали, чтобы кровью ничего не замарал, в телегу кинули и обратно привезли. Красного лекаря привели, чтобы не загнулся до времени…
– Кого?
– Лекаря для животных, Мар. Им разрешено лечить, если хозяин платит.
– Да, его. Он все меня выхолостить предлагал, мол сразу спокойным стану и послушным, щипцы уже приволок, на цене не сошлись. Но спину подлатал. Рекадом залил, он на все селение только у него водился. Встать через пару дней пришлось, а полностью еще долго восстанавливался. Вот и смотри, я не в худшей форме был, и лечение какое-никакое. Сейчас, насколько понимаю, плетьми не обойдутся, помощи любой лишат. И еще, дополнение, что нельзя еду и воду давать, не просто так оно, кормить их не собираются. Так что… многие здесь окажутся.
– Веселые деньки нам светят…
– Куда уж веселее. Мне потом еще русалок отхаживать придется, – не заметила, когда появился Ваади. – Да, Тайриниэль, они тоже переносят это тяжело. А им потом еще и…
– Не будет такого. Тех, кого принесут сюда, мы…
– Что «мы», Маррия? Заберем сюда? Ладно, если нам, вдруг, это разрешат, не сочтут за недозволенное вмешательство, я добавлю еще комнат, займем половину Озера под лечебницу. И что дальше? Это будет не один эльф, и в состоянии похуже Тайриниэля.
– Куда уж хуже…
– Найдут куда. Там, где не надо, люди удивительно изобретательны. Ты хочешь с этим справиться сама? На скольких тебя хватит?
– Не знаю… Но…
– Начнем с того, что вам их просто не отдадут. Я до сих пор не понимаю, как вы меня смогли забрать.
– Сами бросили, – хмыкнул Фаарр. – Тащить устали, наверное.
– С трудом верится. Тут что-то другое. Но мне об этом знать не надо, так? Пусть. Сколько их было?
– Трое.
– Теперь, думаю, будет больше. И они не… устанут. Доведут дело до конца. А этот… председатель… проконтролирует, по нему видно. Кто он, вообще, такой? Откуда взялся? Ему мы чем помешали?
– Фиг его знает. Псих-садист какой-то. Ладно, сейчас головы ломать бессмысленно. Валите есть и спать. Мар, ты особенно. Кстати, Тайрин, как давно ты куришь?
– С утра… и давно. Извини, я нечаянно…
