– Опять? Не доставай извинениями. Кури сколько влезет. Тема закрыта. Я к Са-Бире.
Сон упорно не шел. Какая-то мысль беспомощно барахталась в голове и ухватить ее никак не получалось. Обрывки, намеки, непонятные, но тревожные. Страх за друзей и особенно за Тайриниэля. Неприятный осадок от рассуждений гнома. Несчастные глаза Узиани. Малка, испугано повторяющая: «Опять? Как тогда?». Волнение перед завтрашней поездкой к Пророчеству. Сгорающее в огне лицо мерзавца с газетной страницы. Глупо, но я бы это еще раз повторила. Огонек в пиалке полыхнул, и газета спланировала на пол. Обалдеть!
– Это ты сам? Спасибо!
От большого ума, не иначе, сунулась его погладить, обожгла палец, но злое удовлетворение от очередного сжигания председателя Теремитца все-таки получила.
– Сколько раз?
Вздрогнула от неожиданности, оглянулась. Никого.
– Что?
– Сожгла его еще сколько раз?
– Один, а… Фаарр, а ты где?
– Далеко. Дело есть. Но скоро буду.
– А как я тебя слышу?
– Огонь.
– С тобой можно через любой огонь разговаривать?
– Разговаривать только через тот, который я дал. А что-то передать – через любой, но ответ не услышишь.
– Фаарр, он мне газету…
– Знаю. Я ему сказал. Можешь жечь, сколько захочется. Только руки в него совать не стоит.
– А как ты узнал, что я…
– Догадался. Спи, Мар.
– Тебе совсем не нравится Фаарр?
– Как это, не нравится? Очень даже нравится! Но только как друг. Нет, больше. Как брат.
– Какой удар по его репутации. Ему никогда не отказывали.
– Никакого, он серьезно и не предлагал.
– А если бы предложил?
– Тогда был бы удар по репутации. Нет, все равно не был, об этом бы никто не узнал. Разве что, самолюбие пострадало.
– Ты так уверена, что смогла бы устоять?
– Да. А ты знал про Алиани?
– Не сразу. Слишком привык к ней. А она ничем не показывала.
– Дриада не должна быть навязчивой?
– Примерно так.
– А что им бывает плохо без своих любимых, знал?
– Об этом никто не знал.
– И не узнает, да? Они так и будут молчать.
– Это их право, их выбор.
– Можешь себе представить, что будет с Узиани?
– Могу. Она повзрослеет.
Мой Сон пришел, как всегда, под утро. Добавившееся последним мгновение сохранилось, я опять видела краешек Его щеки. Подольше бы не отпускать эти ощущения, нежиться в них, не открывать глаза, пока будить не придут. И название цветов мне нравилось. Аленки. Им подходит. Аленки. Бли-ин, вот же… Я, кажется, догадалась, чьи они. Теперь бы выяснить точно. Но как? Всем, что меня осенит, можно осчастливить только Младших. А это тайна. И не моя. Что делать? И спросить не у кого. А если… Бред! Полный бред! Но… Попытка – не пытка. Села, уперлась взглядом в потолок… Нет, глаза лучше закрыть, отвлекают всякие… А говорить вслух или про себя? Сначала про себя. Знать бы еще, как обратиться.
– Э… Папа Фаарра и Ваади… и остальных, если Вы меня слышите, отзовитесь, пожалуйста, я не знаю, как поступить.
– Светлых дней, Машенька!
Ой, мамочки! Получилось?
– Светлых дней! Я спросить хотела… Фаарр сказал, что Вы сказали, что я должна только им сказать, если что-то подумаю, – что я несу? Куда делись нормальные слова? – А то, что я сейчас подумала… я не могу об этом говорить с Фаарром. Это, как бы секрет другого человека, то есть не человека, но все равно секрет. И она, кажется не хочет, чтобы об этом кто-то знал. Этот секрет касается только их, и немножко меня, но это не точно. Он даже не про эльфов, не про то, что сейчас происходит, а про цветы.
– Поговорите с ней, Маша.
– А с Фаарром?
– Она сама решит.
– Хорошо, спасибо Вам.
– Светлых дней, Маша. Кстати, Вам сегодня удалось меня удивить. Так меня еще никто не звал.
– Я… Ой… А… Светлых дней.
Бли-ин! Идиотка! Хоть бы переодеться догадалась! Ладно, умываться, одеваться, приводить себя в порядок. Если сегодня все получится, то познакомлюсь с Пророчеством, попытаюсь в нем что-то понять и первый раз увижу немножко Аршанса.
Меня трижды заставили переодеться, забраковали все варианты и запихнули в модельер. Выпущена оттуда была только стильном брючном костюме, темных очках и широкополой шляпе. Фаарру понравилось, Ваади забраковал шляпу, пришлось заменить ее шарфом. Шарфы на голове я в жизни не носила, спасибо, Тайриниэль выручил. Ваади привел дриад, Фаарр провел очередную разъяснительную беседу с гномом, и мы пошли на берег.
Ярко-красная, похожая на спортивную, машина, то есть, кармаг, была… был великолепен. Под стать хозяйке. Невысокая, с тонкими чертами лица, гладкой волной черных волос, кошачьей грацией в каждом движении и хищными желтыми глазами. Хороша!
– Маррия, это Са-Бира. Са-Бира, это Маррия.
Она небрежно перетекла из одной позы в другую. Облокотилась на капот авто… кармага и принялась меня разглядывать. Не сказать, чтобы я часто попадала в такие ситуации, но каждый раз они меня вгоняли в краску и вызывали желание посмотреть, что со мной не так. И сейчас точно зная, что с одеждой и прочим все в порядке, чувствовала себя неловко. Дальним осмотром она не удовлетворилась, обошла меня вокруг и мурлыкнула:
