Дэвид показал направление. Сначала все шло хорошо. Пока они не свернули на узкую улицу. Здесь были сплошь частные одноэтажные и до противности однотипные дома. Такая же бедность, такая же разруха с еле заметными признаками жизни: застиранное белье на веревках, в некоторых комнатах виднелся свет, развалюхи, припаркованные на узкой обочине. Какие-то старые диваны и кресла под деревьями, занесенные снегом.
И тишина. Какая-то странная тишина.
Юншен поднял руку вверх, приказывая всем остановиться. Он прислушался, целясь луком. Выпустил стрелу. Тут же следующую. Взялся за колчан. Плохой знак.
Из домов и проулков на них бежали лихорадные. Они визжали, рычали и хрипели.
Брайан прикрывал всех сзади. Он не разрешал останавливаться, все время подталкивал вперед.
Спокойствие кончилось. Кэсси вертелась на месте, ожидая монстров со всех сторон. Ей не хотелось быть укушенной или хуже – съеденной заживо. Ей так же сильно не хотелось, чтобы ее родных настигла эта ужасная участь.
Но каждый раз, когда на них бежали лихорадные, они были убиты. Юншен залез в самую гущу – он то ловко отстреливался из лука, то вонзал в головы лихорадных нож. Иногда он забирался на крыши машин, стрелял по монстрам оттуда. Каждое его движение было отточенным, выверенным. Он двигался легче и быстрее Брайана. Юншен использовал окружение, вещи под ногами, порой проскакивал между зазевавшимися лихорадными и с разворота протыкал им черепа ножами.
Кэсси понимала, что простой человек так не может. Юншен и Брайан были манлио. Они были сильны, быстры и натренированы именно на такое.
Кэтрин, Кэсси и Несса находились рядом друг с другом и едва сдерживали себя, чтобы не закричать и не разбежаться. Кэсси чувствовала, как паника сгущается над ними. Дэвид и Патрик тащили Холджера, следуя за Юншеном по расчищенному пути.
Но эхо от шума, которое доносилось до них, говорило лишь о том, что сюда шло еще больше лихорадных. Целая орда.
За все время, пока они шли, живые люди встретились им лишь дважды, и манлио велели притаиться, чтобы их не заметили. Они утверждали, что люди были покусаны. Так это было или нет, Кэсси не знала. Может быть, манлио просто не хотели тащить за собой большую толпу людей. Так им будет труднее охранять их и держать контроль. А может быть, их действительно покусали. У Кэсси не было повода сомневаться в манлио. Выжить без них в таком хаосе было невозможно.
Кэтрин плакала, когда видела детей. Они бежали за взрослыми. Их щеки были подраны или поцарапаны. Они уже были заражены демонической лихорадкой.
Кэсси отворачивалась, пряча в ладонях слезы. Мама даже уговаривала манлио помочь этим людям, но каждый раз ответ был один и тот же.
У них демоническая лихорадка. Спорить бесполезно. Манлио ее ощущали.
Сейчас их окружали лихорадные.
А потом зарычали красные обезьяны.
Еще больше лихорадных и красных обезьян.
Последних Кэсси боялась больше всего. Они были куда сильнее, крупнее и свирепее лихорадных. Нужно было как-то изловчиться, чтобы пробить их толстую шкуру и жесткую шерсть.
Сердце замерло в груди, когда Кэсси услышала рык демонов.
– Брай! – крикнул Юншен. Лихорадные визжали и рычали, обезьяны грохотали за домами. Юншен решил свистом привлечь друга. И у него получилось.
Брайан обернулся, разрезав пополам голову лихорадному. Верхушка слетела быстрее, чем тощее тело упало на землю.
– Брай!
– Что?!
Юншен махал рукой на дом.
– Обезьяна! На крыше!
– Я видел!
– Придурок! – Юншен снова махнул рукой. – Смотри!
На крыше сидела красная обезьяна, она была чуть меньше той, что забралась в их дом. Демон держал в пасти лихорадного как добычу. Тот извивался, пытаясь выбраться, и визжал. Красная обезьяна в один прыжок спустилась с крыши и, разбив окно хвостом, кинула лихорадного внутрь.
– Сдохни, мразь, что вытащила их из идолов!
Брайан смахнул с мачете кровь.
– Че делать? В доме люди!
– Оставь! – Юншен выстрелил. – Нужно этих защитить! – Он показал пальцем на Кэсси, отчего у нее все поплыло перед глазами. – Вытащи из уродов ножи и кинь мне! Provi?
– Я?!
Но Юншен уже отвернулся.
Что это значит?
Что значит «Provi»?
Кэсси испуганно посмотрела на маму и Нессу.
– Мы тебе поможем! – Кэтрин подбежала к лихорадному и, расшатав нож за рукоятку, вынула из черепа.
«Как она так… легко?»
Кэсси, хватая ртом воздух, осмотрелась. Вокруг творился сущий хаос: лихорадные неслись к ним, манлио их убивали, красные обезьяны окружали и иногда совершали попытки напасть. Но манлио их пресекали.
Кэсси суматошно начала осматривать лихорадных на земле и в одной голове заметила торчащую рукоятку. Она подскочила к хладному трупу на негнущихся ногах. Ее руки тряслись, но она просунула пальцы в прочное кольцо на конце рукоятки, стараясь не смотреть на лицо лихорадного. Нож прилетел в лоб, влажные от черной крови волосы плотно облепили лицо монстра. Кэсси дернула за рукоятку, но нож не вышел. Тогда она, как мама, расшатала его, слушая мерзкое хлюпанье, дернула со всей силы, и нож освободился. С лезвия капала черная кровь. Кэсси скривилась.
Это уже не люди.
