– Девочка моя, поднимайся! – Голос матери подействовал на нее отрезвляюще. Перед глазами начали появляться очертания. Сначала в виде черных точек – они мельтешили, тут и там прорисовывались образы. Кэсси увидела свои красные пальцы. Она согнула их, сжимая снег.
– Поднимайся, девочка моя. Ты не ранена? Тебя не укусили?
Положение тела изменилось. Ноги дрожали. Кэсси едва стояла.
– Кэсси! Ты меня слышишь?
– Да. – Во рту все пересохло. Губы приклеивались к зубам. Язык царапал нёбо. Она закашляла, когда попыталась ответить, что ее не укусили.
Наверное.
– Тише, тише! Ты потеряла сознание. Сейчас я дам тебе попить.
Мама.
Она все-таки пришла.
Кэсси не знала, почему так часто и глубоко дышала и почему так билось сердце. Мама сказала, у нее был обморок.
– Сюда, сажай ее сюда!
Голос принадлежал Дэвиду.
К губам поднесли горло бутылки, и Кэсси жадно припала к нему. От воды пахло железом, и привкус был таким же.
Сознание возвращалось. Как и зрение.
– Ты как? – спросил Дэвид, положив руку ей на плечо.
Его ладонь была такой тяжелой. Кэсси пришлось сесть ровнее, чтобы не завалиться набок. Ей казалось, что ее бесконечно куда-то тянуло.
Кэсси кивнула.
– Не укусили?
Она отрицательно покачала головой, продолжая пить воду большими глотками. Она пила до тех пор, пока не ощутила полноту в желудке.
Все хорошо.
У них все хорошо.
Опустив бутылку, Кэсси увидела, как трое манлио сражаются с лихорадными и красными обезьянами. Белую землю покрывали трупы и тех и других исчадий. Неподвижные малые особи красных обезьян издалека походили на живых существ, настоящих обезьян, какие живут в дикой природе тропических лесов. Кэсси до сих пор не могла свыкнуться с мыслью, что герои древних легенд вот так в одночасье оказались в настоящем. Это было событием века. Теперь жизнь всей Реншу пойдет в другом русле. Кэсси была в этом уверена. Даже если и удастся сохранить людей и города, все равно долгое время не будут утихать разговоры об этом самом случае. На глазах элькаронцев разворачивалось новое легендарное событие. Но то, какими темпами красные обезьяны убивали людей, сводило численность этих очевидцев к минимуму.
Трое манлио тоже стали свидетелями этого события.
Трое?
– Ма?
Кэтрин поняла, на кого она смотрит.
– Да, он появился из ниоткуда и начал помогать. Тебя вытащил.
– Это тот самый манлио, который был возле машины Мики, – уже в открытую сказал Дэвид.
– Пришел им на помощь?
– Думаю, да.
Кэсси обернулась. Позади сидел бледный дядя Холджер, поглаживая бедро ладонью. Чуть поодаль – растерянный Патрик.
А еще дальше – Несса.
Кэсси чуть было не подпрыгнула от радости. Несса не смотрела на нее: она глядела в одну точку, обнимая себя руками.
Только сейчас Кэсси поняла, что они сидят на тех самых диванах и креслах под деревом. С них немного смели снег.
Здесь не было лихорадных и демонов.
Голова еще кружилась, но Кэсси быстро приходила в себя. Грудь и живот болели. Кэсси потрогала пуховик сбоку. Он цел. Все на ней было целым.
Значит, не укусили.
– Куда ты делась, когда меня сшиб лихорадный? – спросила она, тронув маму за руку.
Кэтрин улыбнулась, глядя на Кэсси. Ее глаза наполнились слезами, когда она стала поглаживать лицо Кэсси холодными пальцами.
«Пожалуйста, только не говори…»
– Ма? – Ее голос дрогнул.
– Все хорошо. – Слезы сдавили горло Кэтрин. Она кашлянула в кулак, поглаживая Кэсси по голове. – Я просто думала, что потеряла тебя. Господи, Кэсси, я чуть с ума не сошла! Лихорадный сбил тебя, а другие погнались за мной. Я увела их от тебя. А манлио их убил.
– А кто стрелял?
– Дэвид. Того лихорадного застрелил он. Дэвид очень боялся задеть тебя и поэтому не добил его. Горло. – Она показала на себе. – Он попал туда.
Кэтрин пахла морозом, снегом и гарью. Кэсси жалась к ней и радовалась тому, что все обошлось.
По крайней мере, сейчас.
– Не подходи к ним близко. – Кэтрин кивнула в сторону сражения. – Они могут понять, кто ты.
По телу Кэсси поползли мурашки. Она кивнула и встала, на слабых ногах подошла к Нессе и села рядом с ней на подлокотник кресла. Несса неподвижно сидела в этом кресле, дырявом, без обивки, с торчащим серым поролоном.
Дэвид проводил ее пристальным взглядом, но Кэсси должна была это сделать.
Она тронула пальцами коленку подруги.
– Несса? – спросила осторожно, рассматривая ее бледное лицо. – Несса?
Она подняла на нее глаза. Кэсси подумала, что чего-то не хватает в ее облике, потом сообразила.
– Где твои очки?
Она прекрасно знала, как Несса не любила их носить. Возможно, был и другой способ завести разговор. Можно было спросить о ее самочувствии.
– Ты думаешь, дело в них? – произнесла Несса до безобразия неприятным голосом.
Кэсси стиснула челюсти.
Наверное, Несса поняла, что они хотели ее бросить.
– Слушай, мы…
– Пошла ты, – выплюнула Несса. В ее взлохмаченных волосах застряли какие-то щепки, сор. Несса вряд ли расчешет их с первого раза.
Кэсси сглотнула. Справедливо?
Наверное.
Несса сама виновата?
Наверное.
Кэсси понимала, что в ту минуту она не соображала. И все же она поставила под удар всех остальных.
– Несса, мы не хотели тебя бросать…
