– Не понимаю, почему ты продолжаешь там работать, если это настолько изматывает тебя? – не выдержал он, глядя однажды на мое безучастное лицо и поглаживая меня по волосам. Мы находились в его квартире, где я дольше обычного ждала его со студии, что тоже не способствовало улучшению моего настроения. – Ты закончила колледж с отличием, так что вполне могла бы попробовать устроиться в другие компании, которые пришлись бы тебе больше по душе.
Меня разозлило то, каким легко исполнимым ему это казалось. Ну разумеется, он ведь давно нашел себя, так что ему казалось, что и для других это не представляет никакой сложности.
– Не так-то это просто, Брайан, – угрюмо сказала я. – Во-первых, я не окончила магистратуру, поэтому вряд ли буду «нарасхват», как ты себе это представляешь. Во-вторых, чтоб поступить на магистратуру, мне нужно накопить денег, чтоб не быть кругом обязанной родителям. А, в-третьих, какая разница, это место или какое-то другое, которое будет отличается только другой локализацией. Ничего от этого не измениться. Я все так же буду писать про ничего не значащие события, которые увлекают мысли людей лишь на несколько минут в перерыве между ленчем и походом за покупками. Все это навевает на меня тоску. Это не для меня, Брайан.
– Почему же ты вообще изучала журналистику? – недоуменно спросил он.
– Почему? Родители утверждали, что из меня получится неплохая журналистка. Да, впрочем, и я сама так считала. Собственно, для меня в то время не имело большого значения, куда поступать. Я хотела лишь одного – изменить свою жизнь, уехать в Нью Йорк, стать актрисой. Но мама убедила меня в том, что я должна получить достаточно надежный оплот. А журналистика показалась вполне перспективным направлением для родителей, и достаточно интересным для меня, чтоб определить наш выбор… А сейчас… Что ж, возможно, я просто не нашла своего места. Знаешь, я думаю, что мне тяжело быть одним и тем же человеком – столько противоречий тянет меня в разные стороны… Поэтому я и не могу надолго нигде прижиться. Стоит задержаться на одном месте – и меня одолевает скука. Иногда мне кажется, что сам этот мир отвергает меня, Брайан.
От этих слов мою душу снова заполнила жгучая боль, старая рана от разбитых надежд вновь открылась. На глазах невольно выступили слезы, хоть как я и не старалась их сдержать. Брайан осторожно вытер слезинку, скатывающуюся у меня по щеке, крепче прижал меня к себе, положил макушку мне на голову, прикоснулся губами к волосам.
– Не говори глупости, Летти, – тихо прошептал он у меня над ухом. – Знаешь, ведь и меня часто одолевает это чувство. Тебе только кажется, что во всем, что я делаю, я вижу свой смысл жизни, что меня никогда не одолевают сомнения. Порой я занимаюсь обычными вещами, пересматриваю фотографии, редактирую их… И тут, как снег на голову, на меня накатывает осознание глупости и бессмысленности своих действий. Кажется, будто, пока я сосредотачиваюсь на том, как бы получше запечатлеть жизнь, эта самая жизнь проходит мимо меня. А я лишь остаюсь растерянно разглядывать цветные квадратики в руках.
Он говорил это, рассеянно перебирая пальцами пряди моих длинных волос, как всегда, когда его мысли уносились далеко.
– Однако это проходит. Я смотрю на мир новым взглядом и вижу, что блеск глаз, запечатленный мной в краткий момент безмерного счастья, поблекнет. А фотография – нет. И тогда я понимаю, что я все делаю правильно. Состоит ли в этом мое предназначение или же нет, однако я живу не зря. То, что я делаю, оставляет след. И ты тоже испытаешь это чувство, Летти. Ты обязательно найдешь свое место. Но пока что…
Он вдруг неожиданно твердой рукой приподнял меня за подбородок, заставив посмотреть себе в глаза и не отводить взгляд.
– Пока что твое место здесь. Рядом со мной. И я хочу, чтоб ты всегда была рядом со мной.
Мне казалось, что я ослышалась. Но и в его словах, и во взгляде ощущалась небывалая решительность и непоколебимость. И – кое-что еще, чего я не могла распознать.
– Что ты хочешь этим сказать? – я сама едва расслышала собственный голос.
– Ты ведь сама понимаешь, что мы должны что-то решить. Не можем же мы вечно метаться, разбегаясь и сходясь обратно. Я боялся, что ты начнешь этот разговор, а я не найдусь, что тебе ответить. Теперь же я больше не колеблюсь. К черту все! Я не хочу больше расставаться с тобой. Давай попробуем, Летти. Моя квартира не так велика, но места нам вполне хватит.
– Ты хочешь, чтоб мы жили вместе? – я опешила настолько, что даже отступила на шаг, отстранившись от него.
Сколько времени я мечтала и ждала того, чтоб он произнес эти слова, и, как это обычно бывает, когда он наконец сказал это, то совершенно застал меня врасплох
– И не только это, – продолжил он, решительно настроенный сегодня довести меня до обморока. – Я настаиваю, чтоб ты ушла из редакции. Я больше не хочу видеть твое состояние, когда ты возвращаешься оттуда. Я не хочу видеть, как в тебе умирает вся радость, вся беззаботность, вся жизнь.
