– Но ты никому ничего не рассказал.
– Мне это просто в голову не пришло. Разве нельзя удирать от лисы?
– Ты обвиняешься в гибели эфрафского офицера.
– Но это же был несчастный случай! Лиса могла бы поймать его и без меня.
– Нет, – отрезал генерал. – Не таков был Кровец, чтобы попасться лисе. Тот, кто знает, что к чему, лисам не попадается.
– Прошу прощения, сэр. Парню просто не повезло.
Генерал не сводил с Шишака светлых больших глаз.
– А это другой вопрос, Тлайли. Как раз в тот день патруль напал на след шайки бродяг. Что тебе о них известно?
– Я тоже видел следы, примерно в то же самое время. И больше мне нечего добавить.
– А ты не с ними шел?
– Если бы я шел с ними, зачем я явился бы в Эфрафу?
– Повторяю – вопросы задаю я. А ты не знаешь, куда они могли деться?
– Боюсь, что нет, сэр.
Генерал отвел глаза и сидел молча. Шишак понял, что тот ждет, когда Шишак попросит позволения уйти. И решил тоже молчать.
– Есть и еще кое-что, – наконец произнес генерал. – Утром в поле видели белую птицу. Ты не боишься таких птиц?
– Нет, сэр. Мне никогда не приходилось слышать, чтобы они нападали на кроликов.
– Все-то ты знаешь, Тлайли! Но такое все же случается. Так почему ты подошел к ней близко?
Шишак быстро сообразил:
– Говоря по правде, сэр, я хотел произвести хорошее впечатление на капитана Кервеля.
– Что ж, ладно. Но если ты хочешь произвести хорошее впечатление, начни лучше с меня. Послезавтра я сам поведу дальний патруль. Мы пойдем за железную дорогу и попытаемся разыскать след – след тех самых бродяг, которых Кровец поймал бы, если бы не ты. Ты пойдешь со мной – вот тогда мы и посмотрим, чего ты стоишь.
– Отлично, сэр. Я очень рад.
И вновь генерал замолчал. На этот раз Шишак решил, что пора уходить. Но едва он шелохнулся, как его остановил новый вопрос:
– Хизентли рассказала тебе, как она попала в твое подразделение?
– Да, сэр.
– Я не уверен в ней. Присматривай, Тлайли, присматривай. Если ты ее разговоришь, тем лучше. Возможно, крольчихи смирились, а возможно, и нет. Мне нужно знать наверняка.
– Я понял, сэр.
– Это все, – сказал генерал Дурман. – А теперь тебе пора в свое подразделение.
Шишак бежал по полю. Время силфли подошло к концу. Солнце село. Смеркалось. Тяжелые тучи закрыли небо. Кехаара нигде не было. Часовые уже спустились. Подразделение возвращалось к норам. Шишак просидел в траве, пока последний кролик не исчез в отверстии входа. Кехаар все не появлялся. На пороге Шишак столкнулся с полицейским, который закрывал собой нору, чтобы не сбежал Черновар.
– Пшел с дороги, ты, грязный, паршивый клоп трусохвостый! – рявкнул Шишак. – А теперь иди жалуйся на меня, – бросил он через плечо и пошел к себе в нору.
Как только стемнело, Орех проскользнул по голой твердой земле под железнодорожной аркой на северную сторону, сел и прислушался. Вскоре подошел Пятик, и они пробежались немного в поле в сторону Эфрафы. Воздух был теплый, густой, пахло дождем и созревающим ячменем. Казалось, все замерло. Но сзади, у реки, на зеленом берегу Теста, раздавался пронзительный, слабый, несмолкающий крик куликов. На насыпь опустился Кехаар.
– Ты уверен, что он произнес «сегодня»? – в третий раз спросил Орех.
– Та, – сказал Кехаар. – Мошет, его поймали. Они упьют местера Шишака. Как тумаешь?
Орех не ответил.
– Ничего не вижу, – сказал Пятик. – Грозовые тучи. Там сейчас как на дне реки. И все может случиться.
– Там Шишак. А что, если он погиб? Что, если его заставили все рассказать?..
– Орех, – начал Пятик, – Орех-pax, если ты будешь тут торчать да волноваться, этим Шишаку все равно не поможешь. Скорей всего, ничего и не случилось. Просто по какой-то причине Шишаку пришлось затаиться. Сегодня, во всяком случае, он уже не придет – это понятно, – а вот нам задерживаться опасно. Кехаар утром слетает и все узнает.
– Наверное, ты прав, – ответил Орех, – но мне страшно не хочется уходить. А вдруг он появится. Скажи Серебряному, чтобы уводил наших, а я еще задержусь.
– С твоей ногой, Орех, ты ничего не сможешь сделать. Ты пытаешься съесть травку, которой тут нет. Дай ей сначала вырасти.
Они вернулись под арку. Навстречу вышел Серебряный, а остальные тяжело сопели в крапиве.
– Пока все откладывается, – сказал Орех. – Надо до темноты перебраться за реку.
– Орех-pax, – пискнул подбежавший Плошка, – ведь все кончится хорошо, правда? Шишак ведь вернется завтра, правда?
– Конечно вернется, – сказал Орех, – и мы будем его ждать. И по секрету скажу тебе еще кое-что, Хлао-ру. Если он не появится и завтра, я пойду в Эфрафу сам.
– И я с тобой, Орех-pax, – произнес Плошка.
