— Нет, — покачала головой она, тут же нахмурившись. — Прости, это же не основное, что тебе нравится? Если так, я перестану смеяться, честное слово. — Вдруг она снова прыснула со смеху. — Погоди, ты же не хочешь сказать, что Мальстен такой же?
Аэлин возмущенно втянула воздух.
— Вовсе нет! Он… — Она поджала губы. — Он бы не одобрил, что я это с тобой обсуждаю… наверное.
Кара всплеснула руками и рассмеялась еще громче. Аэлин сложила руки на груди и закатила глаза.
— Ладно-ладно, я прекращаю, — заверила Кара. — Просто я с трудом представляю себе такого красивого и робкого юношу. Среди малагорцев такого днем с огнем не сыщешь. Малагорцы вообще не отличаются особой робостью. — Вдруг взгляд Кары стал хмурым, губы сжались в тонкую линию. — Ты… говоришь, его не стало в Битве Кукловодов? Мне жаль, прости.
Аэлин неловко повела плечами.
— Было бы несправедливо сказать, что его там… не стало, — туманно сказала она. Кара качнула головой.
— Что ты имеешь в виду?
Аэлин нехотя рассказала ей о деревне некроманта близ Шорры. Глаза Кары изумленно округлились.
— Настоящий живой некромант?! — переспросила она. — Серьезно? Я думала, они все мертвы.
— Боюсь… в контексте него категории «жив» и «мертв» немного размываются, — сказала она. — Но я понимаю, о чем ты. Мы тоже так думали.
— И он… воскресил твоего жениха?
Аэлин более подробно описала встречу с Филиппом и его поведение. Кара сочувственно нахмурилась.
— Мне жаль, — тихо сказала она.
Аэлин пожала плечами.
— А мне… даже не знаю. Это существо уже не было Филиппом. И одновременно было им. — Она поморщилась. — По правде говоря, это было жутко. Никому не пожелала бы увидеть своего близкого человека в таком виде.
— Могу только теоретически себе представить, — осторожно заметила Кара. — И… если в нем осталась часть прежней личности, только в теории могу представить, каково ему было увидеть тебя в обществе Мальстена.
Аэлин виновато улыбнулась.
— Я… одно время чувствовала вину перед ним за это. А о том, что влюблюсь в иного, не могла даже помыслить, но, — Аэлин усмехнулась, — Крипп рассудил по-своему.
Кара вздохнула. Она отчего-то вспомнила, как одержала победу над подосланным кхалагари и поняла, что уже не первый раз чувствует прилив гордости.
— А можешь поподробнее рассказать об этом некроманте? — полюбопытствовала Кара.
Аэлин вздохнула. Воспоминания о Ланкарте были неприятными, но она отчасти была даже рада поделиться этой историей с кем-то, кто готов был ее выслушать. Она собралась с силами и начала свой рассказ.
— Я хотела отговорить Мальстена идти туда, но он настаивал…
Омываемая волнами, по морю двигалась внушительная линия кораблей, от которой постепенно отделялось два. Они брали курс севернее, направляясь к пустыне Альбьир.
Бенедикт Колер стоял на палубе, глядя, как другие корабли начинают медленно отдаляться. К нему подошли Иммар и Ренард. С последним Бенедикт до сих пор держался холодно, но это не смущало слепого жреца.
— Взяли курс на Альбьир? — спросил Иммар.
Бенедикт вздохнул и предпочел не отвечать: его подопечные и без того знали, куда они направляются, они ведь множество раз обсуждали план.
— Альбьир — опасный край, — прошелестел Ренард. — Так говорят. Однако доподлинно неизвестно, что именно нас там ждет.
— Ты мог никогда этого не узнать, — буркнул Бенедикт.
— Стало быть, ты не изучал, что ждет нас в пустыне? — Ренард проигнорировал очередной укор. Лицо Бенедикта покраснело от раздражения, но он сдержался.
— Изучал, — сказал он, глядя вперед. Ренард повернул голову в его сторону, Иммар заинтересованно уставился на командира, обратившись к нему:
— И что же нас там ждет? Что там водится?
Бенедикт вновь тяжело вздохнул и заговорил:
— Из
Иммар нахмурился и посмотрел на Ренарда. Тот лишь опустил голову в ожидании плохих вестей: он догадывался, что Бенедикт будет рассказывать о возможных опасностях по возрастанию.
— Аршеки, — покачал головой Иммар, — это иные?
