Обитель Солнца полностью

— Нет… — тихо простонал Мальстен, понимая, что волна схлынула лишь затем, чтобы потом накатить вновь.

Бэс! — малодушно звало сознание, которому с каждым мигом было все сложнее не поддаваться. В голове стучала мысль, приводящая в ужас: «я сам сотворил это с собой… теперь расплата будет только такой», и от этого хотелось расплакаться, словно слезы могли хоть как-то помочь.

— Мальстен, — Аэлин наклонилась к нему. Голос ее дрожал от бессильной злобы и сочувствия. — Мальстен, слушай меня. Ты можешь от нее избавиться без помощи Бэстифара. Ты слышишь?

Данталли ощутил волну дрожи, пришедшую на смену боли. Аэлин осторожно взяла его за руку.

— Ты уже делал это, отдавал лишнюю энергию, и расплаты не было. — Она заговорила тише, словно боялась, что стены их услышат. — Красная нить. Сделай это сейчас.

Лицо Мальстена исказилось отчаянием и усталостью.

— Я должен… кому-то отдать… — Он поморщился, пережидая приступ боли, — лишнюю энергию…

Аэлин с готовностью кивнула.

— Отдай мне.

— Нет! — С дальнейшими возражениями Мальстену пришлось подождать, стискивая зубы от боли и с трудом заглушая тяжелый стон. — Ты помнишь… что стало с… Филиппом, — тяжело дыша, произнес он. — Мы не знаем… как это бывает…

— Филипп был мертвецом, — нервно хмыкнула она. — Я жива, и я выдержу.

Слишком соблазнительно, чтобы отказаться.

Слишком опасно, чтобы попробовать.

На то, чтобы собраться с силами и ответить, ушло всего мгновение.

— Нет… — слабо произнес он.

— Мальстен, я…

— Мы не знаем, как это работает, — повторил Мальстен, с трудом переводя дыхание. — Я ни за что… не стану тобой рисковать… уходи, прошу тебя.

Аэлин поморщилась, его слова ударили ее, как пощечина. Она не знала, почему он просил ее уйти, но сегодня это было особенно неприятно слышать. Тем временем расплата пустила по его телу еще одну раскаленную волну, и Мальстен не сдержал тяжелый стон. Взгляд его вдруг сделался совсем потерянным и будто безразличным, устремившись в потолок. Аэлин испуганно ахнула и встряхнула его за плечи, понимая, что делает только больнее.

— Мальстен! Мальстен, нет, оставайся со мной, слышишь? Ты должен быть здесь! Не ускользай!

Взгляд прояснился и исказился мукой. Мальстен прикрыл глаза, тяжело задышав. Лоб покрылся испариной, все тело била мелкая дрожь.

— Скоро пройдет, — осторожно произнесла Аэлин. — Я обещаю…

Погладив его по волосам, она взмолилась всем богам, чтобы они перестали мучить его.

Дезмонд стоял за дверью у покоев Мальстена, вслушиваясь в доносящиеся оттуда слова. Оба его сердца бешено стучались о ребра.

Что она сказала? — переспрашивал он. — Что от расплаты можно избавиться без помощи Бэстифара? Но как это возможно? Получается, Мальстен умеет даже это? Каким образом?

Дезмонд чуть не сошел с ума от смеси зависти и воодушевления. Он знал, что должен был во что бы то ни стало выяснить этот секрет у Мальстена Ормонта.

Шаги по коридору прервали его мысли. Он прекрасно различал эту походку даже на слух, поэтому тут же повернулся и даже в почтении поклонился.

— Бэстифар, — поздоровался он. Царь для него был, как всегда, неразличим в своей красной рубахе, коих у него, казалось, были тысячи.

— Дезмонд, — Аркал кивнул. — Как прошла тренировка?

Дезмонд поджал губы и потупился.

— Я… сумел рассмотреть нескольких артистов, но взять их под контроль пока не получилось, — туманно ответил он. Услышав разочарование во вздохе Бэстифара, он поспешил добавить: — Но я буду еще пробовать.

— Конечно, будешь, — снисходительно кивнул Бэстифар. — А здесь ты, позволь узнать, что делаешь?

Дезмонд пожал плечами.

— Тренировку пришлось прервать. Кажется, Мальстену… плохо…

— Он там один?

— Нет, с Аэлин.

Бэстифар вздохнул и сжал руку в кулак.

— Если так, боюсь, она и меня выставит, стоит мне показаться. — Он решительно посмотрел на Дезмонда. — Нам обоим не стоит подслушивать под дверью, не находишь?

Дезмонд осторожно кивнул и поспешил ретироваться от двери Мальстена. Бэстифар простоял около нее еще несколько мгновений. Услышав болезненный стон, не отдавая себе отчета, прижал руку к резной двери и прикрыл глаза, борясь с желанием облегчить муки расплаты — этот бешеный зов пригнал его сюда из другого крыла дворца. Он не давал покоя, ни на минуту не смолкал.

Но если уж Мальстен борется с этим силой воли, должен и я, — услышал Бэстифар голос в своей голове, и удивился. Прежде ему удавалось заглушать этот голос, он никогда не звучал так явно. А самое странное, что Бэстифару было нечего ему противопоставить.

Прикрыв глаза и на пару мгновений прижавшись лбом к двери, Бэстифар оттолкнулся от нее и стремительно побрел прочь, сжимая руки в кулаки от досады.

Аэлин оставила Мальстена в комнате, когда расплата пошла на убыль. Теперь, когда опасности не было, можно было не бояться, что боль утянет его на теневую сторону мира. Вернуться Аэлин решила лишь через несколько часов.