После слов Рема образы Капио стали меняться, проносясь с огромной скоростью, и остановились на последних минутах его жизни. На этот раз Капио вглядывался в свои окровавленные руки. Позади него начал проявляться интерьер его номера из его воспоминаний: окно, абстрактная картина на стене, бра над кроватью – всё отразилось так, как он успел запечатлеть в своей памяти. Всё за его спиной казалось нечетким и размытым, возможно потому, что тогда он не обращал на это особого внимания и запомнил лишь мельком. Капио протянул к другу руку, Рем приблизился к нему и покачал головой.
– Мне очень жаль, друг мой. Я бы тоже хотел обнять тебя, но, к сожалению, этого не получится.
– Значит, у тебя получилось?
– Да, получилось, – ответил Рем, с трудом сдерживая свои эмоции и волнение.
– Я хочу увидеть Эллиана.
– Ты обязательно его увидишь.
– Он здесь? Позови его, я хочу увидеть своего малыша.
– Нет, его сейчас нет рядом. Он с Эль в Ч.
– В Ч.?
– Да, он живет там, и он уже не тот малыш, которого ты помнишь. Ему недавно исполнилось 12 лет.
– Но это было всего лишь вчера.
– Прошло много лет, Капио. Все эти годы ты оставался в «хранении», и всё это время я работал, чтобы снова увидеть тебя и, главное, чтобы ты мог увидеть Эллиана.
– Я хочу к нему. Когда я смогу его увидеть?
– Это сложно объяснить, ведь ты пропустил многое… Понимаешь, в данный момент это невозможно, но я обещаю тебе, что это обязательно произойдет.
– Что я пропустил? Ему угрожает опасность?
– Надеюсь, что сейчас ему ничего не угрожает, потому что он далеко отсюда. Все проблемы здесь, в этом городе. Мне придется рассказать тебе всю ситуацию.
Рем кратко изложил то, что пережил за последнее время. В то время, когда он рассказывал свою историю, на проекции позади Капио появлялись сюжеты в той интерпретации, в какой он себе представлял, и сам он будто проникал и вживался в эти сюжеты, становясь их частью. В то время как Рем рассказывал про историю с обрядами на холме, они – точно эти самые холмы и окружающий пейзаж оживали с поразительной точностью.
– Похоже, ты как будто и сам там бывал, – отметил Рем с удивлением.
– Я действительно обитал там несколько дней. Эти холмы спасли мне жизнь. Ха-ха-ха! «Спасли мне жизнь», – произнес Капио иронично, смеясь в конце.
Если к синтезированному голосу, лишенному эмоций, ещё можно было привыкнуть, то его смех, передаваемый через PSI, звучал жутко.
– Cogito ergo sum, – ответил Рем, на мгновение переведя взгляд на задумчивого доктора, который вдруг кивнул, добавив: «È vero!».
– Cogito ergo sum? – повторил Капио и задумался, застыв на несколько мгновений, он снова оживился и продолжил говорить. – Но есть ещё одно утверждение: «Весь мир – это я». И если я не материалистичен, значит, я не более чем эфемерное нечто. Меня нет, и этого мира тоже нет для меня. Я всего лишь образ, я иллюзия, я – не человек.
– O, no, no! Non sei un’illusione. Pensi e basta, discuti senza senso.
– Но ведь ты не просто мыслишь, ты видишь и слышишь нас, говоришь с нами, понимаешь и помнишь, ты чувствуешь.
– Si, si, – согласился Керн, немного понимая сказанное Ремом.
– Я чувствую, и всё же мне кажется, что ничего нет. Мир, люди, я – всё иллюзия. Сейчас я словно вижу себя со стороны, как вы видите меня, и кажется, что этот «я» наблюдает жизнь, словно через окно. Я ощущаю его автономность, как будто вижу себя оторванным от самого себя, и местами мне кажется, что это даже не я, а кто-то другой, что-то другое. Я осознаю это, но в то же время как будто делаю всё неосознанно, – сумбурно объяснил Капио.
– Ты ведёшь с нами логические диалоги, и это уже на грани фантастики! Ты не иллюзия, Капио! Слышишь, ты не иллюзия! И мне достаточно одного слова, чтобы доказать тебе, что ты жив.
– И какое это слово?
– Любовь. Первое и главное, что ты показал и почувствовал – это была любовь. Ты сразу вспомнил про Эллиана, и это любовь! Иллюзия не может любить, Капио!
– Si, si, – кивнул профессор.
– Да, возможно, ты прав. Я чувствую, что ещё способен любить.
– Ну, наконец-то! – воскликнул от радости Рем.
– Ты знаешь, что там за теми холмами? – неожиданно спросил Капио.
– Нет, мне не доводилось заглядывать туда. Почему ты спрашиваешь?
– Там, за теми холмами, куда вы ходите, есть тайная тропа, которая огибает всю горную гряду, и по ней можно обойти посты на выезде из города. Дайте, я попытаюсь вспомнить эту дорогу.
Капио замолчал и застыл. Через некоторое время на проекции отобразилась едва заметная тропа, уводящая в глубь заросшей кустарником лощины.
– Постой, это же выход! Это наш шанс! – воскликнул Рем. – А я все думал, как же улизнуть отсюда, ведь все выходы охраняют эти проклятые сусиды. Вот! Вот, профессор, как мы сможем уйти.