Спустя неделю поисков, которые ни к чему не привели, Олеся все чаще слышала слова о том, что денег им не хватит. Просить авансы на работе Эрик не мог, ведь один он и так уже взял, чтобы оплатить квартиру. Чем больше она слышала об этом, тем сильнее чувствовала вину. Олеся старалась не сказать ничего лишнего, чтобы не разозлить Эрика. Знала же, что в увольнении виновата лишь она сама. И в нехватке денег – тоже она. Он ведь работает, а вот она сидит дома и ничего не делает.
– Я просмотрела все объявления, но нужен либо мужчина, либо женщина с опытом работы. Даже в сферу обслуживания. Даже чтобы быть обычным охранником на почте. Ну кто что может украсть на почте? – возмущалась она, встречая после работы уставшего Эрика.
Тот продолжал подкармливать по утрам Олесю таблетками, что было проблематично. А она продолжала оставлять завтрак в унитазе и все смывать после себя. Так и жили, но каждый делал вид, что все хорошо. Он, потому что любил ее сильнее мира, а она… потому что испытывала к нему что-то такое, отчего по коже пробегали мурашки. И вовсе не от страха. И этого Олеся боялась больше, чем самого Эрика. Боялась влюбиться в него еще сильнее. Полюбить его.
– Я понимаю. Все понимаю, – вздохнул Эрик, он ел и посматривал на Олесю. – Но нам нужно что-то делать. Из квартиры нас в ближайшие два месяца не выгонят. Но за счета все равно платить придется.
– Я хочу выслушать твои предложения. У меня их больше нет.
– Я не знаю. Правда. Не знаю.
Закончив с ужином, Олеся поднялась и убрала со стола. Она мыла посуду, когда к ней подошел Эрик и приобнял ее сзади за талию.
– Неужели никаких вариантов для девушек вообще нет?
– Нет, – ответила Олеся, продолжая намывать тарелки. Олеся даже заикаться об интим-услугах не хотела. Это глупо и ужасно. К тому же эту сферу она даже не рассматривала. У нее есть гордость. И ломать ее она даже ради денег не желала.
– Тогда я не знаю, – поглаживая ладонями ее по животу, пробормотал Эрик.
– Мне жаль, что так вышло. Извини.
– Я тебя не виню. Но то, что ты извиняешься, если честно, ничем делу не поможет. – Порой Олеся поражалась тому, как он мог бить ее словами. Звонко и хлестко. В самое сердце.
– Я должна была стараться лучше. Тогда бы меня не уволили.
– Но ты не виновата в увольнении. Виновата лишь в том, что ты запуталась. И не могла распутаться. И я, дурак, не смог помочь тебе.
– Ты не виноват, Эрик. Только не ты, – сразу же возразила Олеся.
– У нас есть еще несколько дней, чтобы что-то придумать. А потом будем есть воздух и запивать водой из-под крана.
Эрик никогда не задумывался всерьез о том, чем руководствуются те, кто спит с другими за деньги. Он никогда не пользовался услугами проституток, считал это чем-то низким. Чем-то, на что пойдут только падшие люди. Но сейчас он в корне изменил мнение – им нужны были деньги, а за Олесю, его любимую и единственную, могли заплатить хорошие деньги. К тому же она все равно останется с ним. Поработает часок-другой и снова станет только его девочкой, но с деньгами в придачу.
– Ты бы занялась сексом с кем-то за деньги? – спросил он, когда Олеся вытянула руку, чтобы выключить воду. Рука так и повисла в воздухе, не дотягиваясь до крана. Вздрогнув от неожиданного вопроса, Олеся почувствовала, что как будто перестала дышать.
Впервые Эрик задумался об этом, когда увидел объявление о поиске молодой девушки до двадцати пяти лет. Олеся быстро пролистала это, а Эрик запомнил и больше не смог выбросить из головы. И сейчас, когда они едва сводили концы с концами, это был единственный шанс, который Эрик видел.
– Что? Нет! – воскликнула она, все же выключая воду и поворачиваясь к Эрику. Их лица были так близко, что, наклонись немного вперед, и поцелуй будет неизбежен. – Ты как вообще можешь говорить мне такое?
– Это был просто вопрос. Риторический, – пожал он плечами, но Олеся по взгляду видела, что этот вопрос требовал ответа. И не ее, а Эрика. И он уже давно ответил на него.
– Никогда не спрашивай меня о таком, пожалуйста.
– Хорошо. Не буду, – слишком быстро согласился он, а после чмокнул Олесю в губы и ушел в душ. Олеся провожала его взглядом, сжимала руками столешницу и боялась худшего, что он спросит снова, и тогда ей придется согласиться.
Но Эрик все уже решил и ответа Олеси не требовал. Ведь она согласится. Так или иначе, но другого выбора у нее нет.
После их разговора прошло несколько дней, но не было ни минуты, чтобы Олеся не вспоминала слова Эрика снова. Каждый раз, когда он был рядом и смотрел на нее ледяными глазами, она остро ощущала на теле то, о чем они говорили. Эрик будто оценивал Олесю заинтересованным мужским взглядом. Любимые люди так не смотрят. Эрик больше не поднимал эту тему, но в любом его движении и фразе прослеживалось нескрываемое раздражение – деньги заканчивались.
