— Мирн! — Наследник терял терпение.
— Жена она герцога. Четвертая. У этого инвалида, выпрыгивающего из коляски, точно проявились долинные гены. Ты все еще не хочешь с ним познакомиться, Ларс? Это же уникальный, единственный, я бы сказал, случай.
— Он слишком быстро хватается за оружие, чтобы появилось подобное желание. И что, его четвертая жена готова к измене?
Мирн опять сорвался в хождение по комнате, оставляя баночку с пивом на столе.
— Как некрасиво это звучит! Красивая, молодая женщина последние два года провела больше времени в психбольнице, чем наслаждаясь положенной ей жизнью.
— В психбольнице ты с ней и познакомился? — спросил Ларс, а Ана невольно почувствовала жалость к жене герцога. Вспоминала его холодный взгляд, и надеялась, что леденящий душу холод был только для тех, кто лез в тайны Вальдштейна.
— Я познакомился с ней в Вене в группе психологической поддержки, куда женщина приходит два раза в неделю.
— И что в группе поддерживаешь ты? — осторожно поинтересовался Наследник.
— Учусь жить с синдромом дефицита внимания и гиперактивности.
Ана вынырнула из толстого покрывала равнодушия невольной усмешкой и тут же заслужила сияющую улыбку Мирна.
— Привет, Лягушонок!
— Не боишься попасться? Сколько еще времени понадобится, чтобы добраться до кольца?
— Кто будет искать нас на подобных собраниях? Я почти уговорил ее показать мне кольцо.
Ана представила себе красивую женщину, которая придет на свидание с фамильной ценностью мужа на руке, и… Скользящая втянула голову в плечи, укуталась под пледом, закрыла глаза.
— Эй, зеленое недоразумение, ты куда?
— Ана? — Рядом с ней присел Наследник, осторожно открывая полог одеяла. — Что с тобой?
— Хочу домой, — прошептала она, не совсем понимая, что имеет в виду.
— Отнести тебя в спальню?
Ана помотала головой, не открывая глаз. Если откроет их, то увидит во взгляде Ларса заботу и тревогу, а как смотреть в его глаза, когда до боли хочется увидеть другие? И другую улыбку, и чтобы одеяло поправили другие руки, и схватили в охапку, прижимая к груди?
Не-воз-мож-но больно. Особенно от того, как осторожно касаются ее лица ладони Наследника, откидывая волосы с глаз. Хорошо, что она успела уткнуться в шершавую ткань прежде, чем полились слезы. Ларс не заметил.
Вернулся к столу, и братья заговорили о переходе в Долину.
В то время как, прячась в одеяле, Ана мучилась чувством, слишком похожим на раскаяние. А потом на нее напал рой вопросов — что, если бы она принадлежала этому миру? Могла бы остаться в нем, заслужила бы шанс на прощение? Сколько было на ее совести краж, с тех пор как Ана попала к уличным воришкам, потом в банду подростков, залезающих в богатые дома? То, что казалось раньше частью Великолепного приключения, вдруг стало неправильным и постыдным. И причиной был детектив Ван Дорн, несносный Бэй и ее личный Тван. Смог бы он простить воровку с большим стажем, если бы она могла остаться?
Пока Ана предавалась самобичеванию, Ларс и Мирн рассчитывали место перехода вблизи от Вены. Говорили о малопонятных вещах, спорили, чертили графики и рассматривали карты.
После испытания Лабиринта и за два дня до перехода на Землю, Ана воспользовалась камнем связи, чтобы встретиться с Дэшем. Поменявшись на несколько часов ролями и костюмами с Гаей, получилось провести охрану в имении Мелины — «госпожа» наслаждалась сауной, а «служанка» ушла на рынок за лентами для вышивания.
В Долину вернулось Солнце, так что женщины снова покрывали головы платками и шалями, за которыми было легко прятаться, а ростом и сложением Ана и Гая были похожи.
На одной из ярких площадей города, Ана достала камень связи и сделала так, как учил жрец, молясь всем духам, чтобы Шпинель быстро отозвался на призыв. Она понятия не имела, что должно случиться, но надеялась, что, как в случае маячков, срабатывающих в момент опасности, Дэш сможет перенестись к ней на площадь. Ничего не происходило. Тогда Ана спряталась между повозкой, полной пузатых и ароматных дынь, и стеной дома и снова приложила камень к запястью, а потом к уху. Ничего не услышала и покачала головой, удивляясь самой себе. Мирна бы сюда, повеселиться за ее счет! Возомнила себе сотовый телефон по-долинному в виде плоского невзрачного камня!
Любимец Жрецов появился, когда раздраженная собственной глупостью Ана выходила из-за повозки. Он застыл посреди площади и оглядывался по сторонам.
— Опять проступили линии на запястье? — спросил он вместо приветствия, позволяя тащить себя вдоль улицы.
— Нет, хочу попросить у тебя что-то совершенно другое.
— Мои услуги недешевы, ты знаешь.
— Я проспала ночь усиления привязки.
Дэш рассмеялся.
— Нам хватит той, что уже есть.
Ана остановилась на безлюдной улице рядом с глухим забором и открыла лицо.
— Какая будет цена?
— Как вы открыли вход в Лабиринт?
Увидев растерянность и сомнения у нее на лице, Дэш заверил:
— Я не смогу использовать эту информацию во вред Наследнику. И у меня до сих пор нет пары.
