— Но как? — Ана растерялась. Вернее, испугалась. Она достаточно долго держала грандидьерит в руках и не чувствовала в нем темных сил. Решение Истинного напомнило ей о каменном кресте и о том, что она видела внутри него.
— Дело не в разрушительной силе, — продолжил Мирн, подтверждая ее опасения, — нам запрещено даже упоминать, что мы когда-то видели этот камень и тем более — что мы принесли его с Земли. Похоже, с ним связаны какие-то тайны Храма. А своими секретами жрецы не делятся.
— И вы только сейчас мне об этом говорите?
Теперь отвернулся Мирн. Ну да, он же не принимает решений, а только следует указаниям.
Ответил тот, кто их давал:
— Я не хотел тебя беспокоить.
Ларс все еще смотрел в окно, а Ана вспомнила его напряженный и пронзительный, напугавший ее взгляд в библиотеке. Ведь это было на следующий день после допроса Истинного. Наследник вернулся из Храма. Вот он о чем молчал тогда. Очередная тайна, связанная с ней, наверное, напугала его, а она набросилась на Ларса, требуя близости. Ана почувствовала, как заполыхали щеки.
— Что теперь?
— Придется доставать и этот камень бога морей, — ответил Ларс и посмотрел на нее, ожидая ответа. — Ты ведь без него не сможешь уйти…
Ана покачала головой. Не сможет.
— А потом отдать жрецу. Не сомневаюсь, что он заберет и его.
— Знать бы, зачем, — протянул Мирн.
У Аны была одна мысль по этому поводу, но она побоялась рассказывать о пустых глазницах то ли мужского, то ли женского лица, высеченного из камня. Не самый лучший момент говорить о странных видениях, когда она и так расстроила братьев.
Выбрать подходящий момент поговорить об этом не получалось. Вокруг Аны было слишком много тайн, к которым она сама добавляла новые, умолчав о метке на руке и об украденных чернилах. Она боялась увидеть страх в глазах Наследника и Мирна. Вопреки надеждам и вере Ларса в то, что их встреча должна привести его к победе, Ана превращалась в обузу и несла в себе опасность. Может, полоса на запястье и есть ее главная тайна — что покорная чьей-то воле она должна уничтожить шансы Ларса на успех?
Подобные мысли не давали ей покоя, и от этой неуверенности Анны в себе еще сильнее чувствовалось растущее между Скользящими напряжение.
Через два дня оно, казалось, звенело в воздухе. Ларс нервничал. Готовый делиться теплом и дыханием мужчина исчез, вновь уступив место озабоченному грузом ответственности Наследнику. Вправе ли Ана судить его? Ему пришлось менять из-за нее все планы.
— Тебя на самом деле было бы легче прибить или бросить в этом мире навсегда, — признался Мирн, когда они остались в номере вдвоем, ждать Ларса. — С тобой слишком много проблем. И все больше загадок. На твоей спине расцвели знаки одаренных, но ты то ведешь себя как пустышка, то вдруг забрасываешь нас троих сюда, отвечая на зов камня. И какого! Если первому Ларс был рад, то теперь оба камня кажутся частью твоей непонятной истории. У нас большие проблемы, Ана. Вот он и бесится. Хочет удержать тебя всеми силами, но это может стоить ему шанса на победу.
После этих слов, произнесенных насмешливым голосом, у Аны сжалось сердце — от надежды и от страха. Одновременно…
Особняк и спрятанный в нем грандидьерит принадлежали индийскому бизнесмену, компании которого занимались строительством морских портов в Азии. Рассчитывать на легкое ограбление было глупо. Способность к скольжению в условиях Земли становилась очень ограниченной, правда, высокая скорость реакции и физическая подготовка пришельцев из Долины делали их намного быстрее и сильнее обычных людей. Но с уровнем охраны в особняке Ракшивази даже для Скользящих требовалось время на сбор информации и подготовку.
Отказавшись от помощи Аны, Ларс отправил ее на аукцион, на котором были заявлены к продаже ювелирные украшения и неограненные редкие камни. Она обрадовалась возможности вырваться из гостиничного номера и красиво одеться, поэтому и провела полдня в дорогих магазинах. Результатом стал образ блистательной блондинки — на Ане был парик, высоченные каблуки, яркое платье-чулок с разрезом до середины бедра. Чтобы через глубокий вырез, прикрытый прозрачной тканью, не было видно знаков, Мирн замазал татуировки Аны, пока Ларса не было в номере. Наследник исчез еще рано утром, заявив, что придумал, как добраться до камня Ракшивази, и по его коротким фразам и колючим взглядам становилось понятно, что он настроен решительно. Окинув себя довольным взглядом, Ана накрасила губы алой помадой и отправилась на аукцион.
Ей всегда нравилась игра с переодеванием, и за долгие годы лицедейства она накопила целую коллекцию имен и образов, которые наполнила характерами из жизни и фильмов. Так притворство превращалось в игру, и в нем не чувствовалось фальши.
