Ноздреватые скалы Базза, испещренные наконечниками стрел, красноречиво свидетельствовали, сколь тяжелые бои шли здесь. Крепость, объятая пламенем, горела. Над нею днем и ночью клубился дым. Казалось, это вулкан действует. Ветер вместе с дымом разносил вокруг зеленоватое пламя. Багровели и тучи, как будто Афшин поджег и небо над Баззом.
Враг захватил все пути, тропы и перевалы, ведущие к Баззу. Скрежет повозок, грохот барабанов и звуки труб сливались воедино. От звона клинков и свиста стрел разлетелись и соколы, охранявшие небо над Баззом. Не видно было и голубей, что носили письма с черными перьями халифу Мотасиму. Афшин так же, как Исхак, некоторые вести передавал халифу голосовой почтой.
"Обрадую повелителя правоверных: крепость Базз — в кольце осады. По воле аллаха единого вскорости пред ваши очи предстанет или закованный в цепи враг, или его отсеченная голова. Не сегодня-завтра Базз падет!"
Крепость Базз доныне не видывала таких жестоких схваток. Хуррамиты проявляли беспримерную храбрость. В рукопашных шли в ход клинки, пики и палицы. Бабек больше не сидел в крепостной башне. Он тоже, как рядовой воин, с обнаженным мечом в руке кидался на врагов, карабкающихся на стены.
— Бейте, храбрецы! Базз не будет сдан!
Теперь в крепость нельзя было пробраться по тропке Текекечмез. Раненые и мертвые заграждали переход. Но кровожадные львы Афшина упорно стремились прорвать эту линию и проникнуть в Базз. Воины-хуррамиты были яростнее львов. Едва показывались на переходе головы хищников, закованных в броню, они валили их мечами, копьями и палицами. Войско Афшина, извиваясь, как удав, ползло вслед за львами к Баззу.
Крепость Базз кипела. От рева, стонов, воплей и лязга стали закладывало уши. Все, кто мог держать в руках оружие, были в бою. Дети увертливо шныряли там и сям, собирали вокруг пращников кучки камней и наконечников стрел. Немалую отвагу проявляли и женщины. Кялдания всех подняла на ноги.
— Матери и сестры, не щадите врага!
Женщины из бойниц осыпали врага градом стрел. Ни одна стрела Кялдании не проходила мимо цели.
— Получай, ворона бесхвостая! Тебе не быть в Баззе!
Доблесть Кялдании еще больше воодушевляла женщин. Однако несмотря на то, что стрелы хуррамиток сыпались густым градом, нападающие кишмя кишели на переходах.
Если бы Бабек сейчас увидел свою мать, он, может быть, и не узнал ее. Баруменд превратилась в львицу. Вместе с другими женщинами она не отлучалась от глиняных кувшинов, наполненных нефтью и смолой. Баруменд опрокидывала на головы врагов котлы с кипящей смолой. Женщины кидали на врагов пылающие факелы. Зеленое пламя вперемешку с дымом раскаляло бойницы, как тендиры, обрушивалось на врагов. Нападающие с бешеными криками скатывались с Текекечмеза. От смрада раскалывались головы. В бою участвовали и Гаранфиль, и Ругия. Они помогали Джебраилу. Одежда их была перепачкана кровью.
Битва становилась все более жестокой. Афшин слал на приступ новые и новые отряды.
Противник как селевой поток, безостановочно двигался на Базз. Хуррамиты расправлялись с лучниками Большого Буги. Однако тот не отступал. Намеревался выместить на Баззе горечь Хаштадсарского поражения. Халиф Мотасим возлагал на него немалые надежды. Но Большой Буга покамест не смог оправдать их, решил проявить себя в Баззе.
Афшину, хотя и с большим трудом, все же удалось установить камнеметы на вершинах холмов, прилегающих к Баззу. Множество баллист и камнеметов били по Баззу. Противник баллистами закидывал в крепость сосуды с нефтью, дохлых собак и кошек и даже трупы верблюдов. "Пусть в крепости вспыхнет мор!" В Баззе, прежде источавшем цветочный аромат, появилось зловоние.
Базз держался твердо. Все от мала до велика поднялись, поддерживая Бабека. Вся крепость сражалась. Даже тяжелораненые подползали к бойницам. А с неба на них сыпались камни и стрелы. Но кто же страшился смерти? Все, подбадривая друг друга, защищали родной очаг. Сколько ни старался Бабек, ему не удавалось отослать раненых в укрытия.
— Это — грех, вам нельзя больше сражаться, ступайте, перевяжите свои раны.
Раненые в один голос отвечали:
— Мы еще живы. Будем биться до последнего вздоха. Рык Бабека поднимал боевой дух хуррамитов.
— Крепость не покорится!
Халифское войско дрогнуло и откатилось. Афшин неистовстовал. "Сравняю с землей Базз! Так сравняю, что потомкам и на ум не придет, что здесь когда-то крепость стояла!.."
Афшин подтянул к Текекечмезу уйму таранов и камнеметов. Эти орудия могли разнести в пух и прах даже гранитные скалы.
Крепость Базз подвергалась последовательному, настойчивому разрушению.
