Ведьма не могла его унюхать — носа-то у неё не было! И всё равно — она умудрилась почуять его присутствие: развернулась к нему раньше, чем Эрик ожидал. А затем его заметил и хозяин, глаза которого потрясенно округлились. Но тут же сердце кота преисполнилось гордости: его человек не сплоховал! В тот момент, когда ведьма отвлеклась на Рыжего, Иван Алтынов нанёс ей сокрушительный удар тем тяжеленным прутом, который он сжимал в руках. Эта штуковина опустилась ей сверху на череп, разбивая его вдребезги. А после — разнесла на кусочки и косточки всю ведьму целиком. Эрик был уже близко, и ему пришлось резко отскочить в сторону, чтобы его не задели блескучие
— Рыжий, сюда! — тут же заорал Иван, а потом перевёл взгляд за спину коту: явно увидел тех людей, что пришли сюда с Эриком вместе.
Кот помчал к хозяину, однако обежал по дуге все те части, на которые распалась ведьма. И эта предосторожность оказалась отнюдь не лишней! Ведьмин скелет начал вдруг восставать сам собой, одновременно обрастая переливчатыми подвесками — так что Эрику сразу пришла на память украшенная ёлка на крестовине, какие стояли каждую зиму в алтыновском доме. Жуткое существо подалось было к Рыжему, но Иван сделал резкое движение левой рукой, и ведьма снова стала распадаться на кусочки. А Эрик ощутил что-то похожее на чувство вины: он увидел, каких усилий этот непонятный жест стоил его хозяину. У Ивана тени залегли под глазами, и осунулось лицо; невозможно было не заметить, до какой степени он измучен. И получалось: Рыжий вынудил его совершить ещё одно нелегкое усилие — а ведь он-то намеревался помочь своему человеку!
Впрочем, это всё равно не уменьшило радости, которую ощутил котофей, когда запрыгнул на руки к хозяину. А тот стал отстраняться от широкой дощатой двери, которую он удерживал спиной — создавая подобие щита перед входом в башню. Тут же в проеме между дверью и костяком появилось лицо Зины, и барышня явно собралась что-то сказать, но Иван тут же передал ей в руки Эрика, велел:
— Держи его крепко, чтобы он не свалился в яму!
Рыжий даже слегка обиделся: о провале в полу, утыканном острыми кольями, он знал побольше своего хозяина! Да и с какой стати он, видавший виды купеческий кот, стал бы туда сваливаться?
Но Иван уже снова прижал спиной деревянный щит. И полоска света, проникавшая в башню снаружи, пропала.
Ивану показалось: он узнал двоих из той троицы, что поспешно шла сейчас к нему через Старое село. То были Агриппина Федотова, бабушка его невесты, и уездный корреспондент Илья Свистунов. Третья фигура тоже представлялась купеческому сыну знакомой, но шедший от неё непонятный блеск мешал что-либо определить наверняка. Главное же: Иванушке тут же стало не того, чтобы разглядывать кого-то в отдалении. «Перламутровая» снова составляла самое себя из разрозненных фрагментов, и бессмысленно было повторно бить её чугунным прутом. Купеческий сын решил: лучше ему поберечь силы и ударить её потом при помощи дедова дара. Пусть и это способно было остановить ведьму лишь ненадолго.
«Отчего же, дедуля, когда ты нужен, тебя нет рядом?!» — с сердцем подумал Иван.
Взгляда он не отводил от
— Не приближайтесь! Это существо опасно!
Странное дело, но купеческий сын уловил, что при этих его словах двое из троих перешли на бег. Первым шпарил Свистунов, а за ним поспешала незнакомая женщина (
Между тем ведьмин скелет восстал, будто феникс — только не из пепла: из речных ракушек. И безобразное существо опять метнулось к купеческому сыну. Тот, удерживая отяжелевшую пику одной правой рукой, снова сделал взмах левой. Но — ведьма лишь слегка покачнулась. Либо Иван ещё не научился правильно пользоваться дедовым даром, либо сам этот дар требовал таких физических и душевных сил, каких у купеческого сына не осталось.
— Елена Гордеева! — Иванушке померещилось, что
Иван рассчитывал: его слова собьют на время ведьму с толку. Вызовут в ней желание поквитаться с возлюбленным, бросившим её — отвлекут от случайных жертв. Однако он просчитался. Силуэт ведьмы будто окутался чёрным облаком: она явно поняла всё, что было сказано — до последнего слова. И приступ бешеной ярости накатил на неё.
