– Да, я поела. Я тебе все равно оставила – хочешь, иди, покушай.
– Не-е, поздно уже. Да я и не хочу.
– Ну, смотри сама.
– Мам, а это и есть тот ваш новый хирург? – Любаша немного была в курсе кадровых перемен у матери на работе.
– Да.
– Нормальный мэн. Не предложил кран поменять?
– Предложил.
– А ты?
– А я вызову в понедельник сантехника. Два дня поживем с одним краном.
Люба сложила губы скобочкой, кивнула – ясно, мол. Чувствуя, что у дочери на языке еще что-то вертится, Анна спросила первая:
– Еще вопросы будут?
– А можно?
– Валяй.
– Он тебе нравится?
Анна повернулась к Любаше.
– Как врач – да.
– А не как врач?
– Я не думала об этом.
– Почему?! По-моему, вполне симпатичный дядька. Даже нет, не симпатичный, а как сейчас говорят – брутальный.
– Разве это в человеке главное?
– Нет, конечно, – легко согласилась Люба. – Но…
– Что «но»?
– Мам, я же все понимаю – скоро мне уезжать, ты останешься совсем одна. А ты ведь молодая интересная женщина.
Анна удивленно подняла брови. Вот уж чего-чего, а от Любаши она такое не ожидала услышать. Ее дочь, похоже, действительно выросла.
– Что ты хочешь сказать?
– Я хочу сказать, что ты имеешь полное право быть счастливой. Не скажу, что я буду в огромном восторге оттого, что здесь появится какой-то другой человек. Но против тоже не буду, честно. – Люба произнесла эти слова с вполне серьезным видом.
Анна Сергеевна помолчала. Признаться, она сама еще ни разу не думала об этом. Анне почему-то всегда казалось, что раз муж от нее ушел, то и все отношения с мужским полом у нее самой раз и навсегда прекратились. Да и свобода на вкус так приятна…
– Но я как-то не думала об этом. – Она пожала плечами. – И потом, я уже была замужем. Больше что-то не хочется.
– Ну почему сразу замуж, мам? Теперь можно просто поддерживать отношения.
– Люба!
– А что, Люба? Мамуль, я тебе вполне серьезно говорю, что ты не должна ставить на себе крест.
– А я и не ставлю.
Дочь внимательно посмотрела на мать.
– Ты его хоть чаем напоила?
– Я предлагала, он не стал. Ну, да что ты пристала к нему? Иван Николаевич просто подвез меня до дома, а тут ты позвонила. Нам с тобой просто случайно повезло.
Любаша посопела, желая, видимо, еще что-то сказать, но удержалась и промолчала.
* * *
Утро понедельника началось с того, что главный собрал всех заведующих отделений и сообщил, что со следующей недели в больнице ожидается крупная проверка из министерства, от результатов которой зависит их дальнейшее финансирование. Из всего этого Рябов предложил коллегам сделать соответствующие выводы и отправил по своим отделениям.
Спустя пару часов Анне на сотовый позвонил Яковлев.
– Привет, Аня! – радостно поприветствовал он ее.
– Здравствуй, здравствуй, дорогой! – Горелова искренне обрадовалась другу. Он звонил ей до этого пару раз, искренне интересовался ее делами.
– Как поживаешь? Замуж еще не вышла? – Хохотнул Яковлев.
– И не собираюсь. Чего я тебе плохого сделала? – Притворно обиделась Анна.
– Нет, я вполне серьезно.
– Я тоже.
– На работе как? Наши все в порядке?
– Нормально.
– Харламова к рукам не прибрали?
– В каком смысле? – не поняла Анна Сергеевна.
– К женским рукам.
– А-а. Ты же вроде не был раньше сплетником?
– Старею, наверное.
– Да ну?
– Скучаю я, Анька, зверски скучаю по всем вам. Я, кстати, знаешь, чего звоню?
– Если не просто поболтать, то не знаю.
– Ты во вторник где будешь? Не дежуришь?
– Нет.
– Я сегодня вечером к теще приеду на юбилей. Хотелось бы во вторник встретиться и поболтать с глазу на глаз. Как ты на это смотришь?
– Хорошо смотрю. Если ничего не изменится, то день я работаю, а вечером дома. Приезжай ко мне домой, поболтаем от души, и никто мешать не будет.
– Нет, вечером я уже обратно возвращаюсь. Давай я ближе к обеду к тебе на работу подъеду. Заодно и гляну, как ты там хозяйствуешь.
– Строго судить не будешь? – хохотнула Анна.
– Скажешь тоже!
– Тогда приезжай.
Договорившись о встрече, они отключились. Анна, отложив телефон, призадумалась. Что-то Яковлев туману напустил… Неспроста он хочет ее увидеть. Скучать-то они скучали друг по другу, но Николай Матвеевич явно не оставил мысли о том, чтобы перетащить ее к себе в столицу. Не иначе как чего-то надумал…
В кабинет заглянула вездесущая Ниночка.
– Анна Сергеевна, в среду у Ивана Николаевича день рождения. Наши деньги собирают на подарок.
Горелова махнула рукой – заходи, мол, и полезла в сумку за кошельком. Нина с готовностью проскользнула к столу поближе к Анне.
– Я на нашу Регину прямо не могу! – очередная информация явно не давала Ниночке покоя.
Анна хмыкнула.
– Что опять?
– Ну не дает она прохода нашему хирургу, и все тут! Так и вертится вокруг него!
– А если это взаимно? – Анна протянула деньги.
– Что-то не похоже. Она за него, еще когда Яковлева провожали, уцепилась. Помните?
– Я не видела. – Сухо ответила Анна Сергеевна.
– Они даже из ресторана ушли вместе. Только Харламов ее, оказывается, просто до дома проводил. Она потом довольная ходила, словно он ее замуж позвал.
Анна усмехнулась.
– Представляю, что в среду будет. – Хихикнула Ниночка. Праздники и дни рождения реанимация и хирургия обычно отмечали вместе.
