– Это уникальная способность господина, – гордо сообщает Тис, немного приосанившись в кресле. – Даже в Эльвитарионе кроме хозяина никто не владеет такими способностями! Ограничения тоже весьма велики, но и возможности огромны!
– А можно повернуть время вспять?
– Я слышал, что да. Но не в Эльвитарионе. Здесь из-за тумана сложные искажения… Но даже заморозка времени поражает воображение!
– Получается, мой супруг невероятно силён? – спрашиваю я.
– О, да! – кивает слуга.
– Это потому что он наполовину демон?
– Верно. Наличие демонической и драконьей крови позволило эль-тиару достичь невиданной мощи. Но ещё тренировки, воля и контроль.
– А оживлять воспоминания прошлого он тоже умеет? – спрашиваю я, вспомнив странную сцену, что видела на третьем этаже.
– Вероятно, – неуверенно откликается Тис.
– Тогда он наверняка не раз оживлял воспоминания с Эйдой, как думаешь?
– Простите тиара, я не знаю, – тут же тушуется и бледнеет Тис, явно не желая говорить об этом.
– Ну ладно. А всё же… Эйда… Какой она была? Ты правда её не помнишь? Мне очень любопытно, что же с ней в итоге случилось?
Тис вытягивается в кресле как струна, на впалых висках выступает пот. Он сжимает губы в бескровную белую линию, но потом всё же говорит, мучительно выдавливая слова:
– Эйда… б-была с-сложной. Она плохо п-поступила. А затем покинула меня, хозяина и этот дом. Давным-давно… И время встало… боюсь, я… н-не могу… – он выдыхает так тяжко, будто ему сдавило горло.
– Ладно. Не рассказывай, если тебе запретили, – ласково улыбаюсь я, а сама слежу за мимикой слуги. Он по инерции кивает, а потом испуганно вскидывает серые глаза. Но, найдя на моём лице лишь безупречно вежливую улыбку, успокаивается.
Я же в уме подмечаю: “Значит, ему и правда запретили говорить об Эйде”.
Неприятно. Опять какие-то секреты… Недоверие камнем давит сердце, но я прячу эмоции за маской доброжелательности. Благо постоянные балы меня этому хорошо научили.
– Ну, тогда хотя бы расскажи о себе, – прошу я, наклонив голову.
– Обо мне? – искренне удивляется Тис, впервые подняв лицо так, что в серых глазах отражается свет магических ламп.
– Да. Откуда ты? Сколько тебе лет? Тебе не грустно всё время сидеть здесь одному? Почему ты работаешь на Клоинфарна?
– Хм, – задумчиво наклонив голову, он отвечает странно механически, – я не знаю сколько мне лет. Нет, мне не грустно. Я там, где должен быть.
– Неужели тебе совсем не хочется познакомиться с другими людьми? Посмотреть другие места?
– Например, какие?
– Здесь я ничего не знаю. Но с удовольствием пригласила бы тебя в Аштарию. Уверена, ты бы в неё влюбился! У нас много солнца, шумные города и невероятная природа! Ох, а аштарийки считаются самыми красивыми девушками в целом мире! Таких нет ни у волков, ни у обычных людей! И они очень даже предпочитают таких милых парней, как ты.
– Милых? Это точно не про меня, – сконфуженно бормочет Тис, но судя по проступившему румянцу, комплимент тронул его сердце.
– О, поверь мне! У меня взгляд намётан, – ободряюще улыбаюсь я. – К тому же у нас бывают “отборы” для невест и женихов! Это когда молодые знакомятся, проходят вместе испытания и потом признаются в любви. Мои родители так и встретились! А ещё… у нас в столице проходят невероятные по красоте праздники с фейерверками и выступлениями! Ох, мне, например, больше всего нравится фестиваль цветов!
– Никогда о таком не слышал… – растерянно говорит Тис. Его лицо делается задумчивым и немного мечтательным, разглаживается хмурая морщинка между тёмных бровей, будто он вживую представляет все те картины, которые я рисую.
Я и сама погружаюсь в воспоминания. Никогда не думала, что буду так сильно скучать по дому.
– Фестиваль цветов проводят в разгар лета, – с улыбкой рассказываю я, откинувшись на спинку дивана. – В этот день все ходят в масках из лепестков, а девушки дарят парням печенье в форме розы. И если парень такое печенье съест, значит, девушка ему нравится. А ещё все пьют сахарную цветочную настойку. Она безалкогольная, но от неё кружится голова, в животе щекотно и хочется смеяться.
– Я бы хотел попробовать такую, – шепчет Тис, приподнимая уголки губ. Я впервые вижу его улыбку. Она преображает парня и правда делая его милым.
– А ещё, – говорю я, – недалеко от нашего королевства есть волшебный лес, который охраняет жуткий исполин! Он злой, но если его обхитрить, он исполнит желание.
– Любое?
– Да! Совсем любое!
– И даже можно стать настоящим?
– …что? – удивляюсь я. – Настоящим?
Тис моргает, а потом вся радость сходит с него как вода. Он снова насупливается, делаясь угрюмым и настороженным, будто дикий волчонок.
– Нет, это всё не для меня. Моё место здесь, и глупо желать невозможного! – резко заявляет он, поднимаясь на ноги. – А вам пора спать, тиара. Вы болеете и поэтому… – он хмуро объясняет, почему мне срочно нужно в кровать, а я всё ещё удивлённо моргаю, прокручивая слова Тиса в уме.
Как странно он это сказал “стать настоящим”. Значит, он не человек? А кто? Тень? Или демон? Или какое-то ожившее воспоминание?
