Только к обеду она немного пришла в себя и смогла сесть на кровати, не корчась от боли и не ожидая, когда же она стегнет по истерзанному телу. Потом отрешенно взглянула на оправившегося крыса, с готовностью поднявшего голову и вопросительно посмотревшего в ответ. Перевела взгляд на потолок, под которым искрилась и сверкала всеми цветами радуги неимоверно сложная Сеть, которую они вдвоем целых два месяца скрупулезно доводили до совершенства. Наконец, поняла, откуда в ней взялось столько бесхозной силы, позволившей оправиться так быстро, и слабо улыбнулась:
- Спасибо, Марсо.
Какое-то время она просто сидела, прислушиваясь к себе и стараясь понять, что и где еще нужно подправить, чтобы не выглядеть разбитой колодой. Потом со вздохом взялась за исцеляющие заклятия, справедливо рассудив, что ей, если и запретили ими пользоваться, то она, будучи без сознания, этого просто не слышала. Потом подумала, что для дер Соллена даже это не будет оправданием, но неожиданно решила, что ей все равно, и сделала так, как считала нужным.
Стало еще немного легче. По крайней мере, бока полностью зажили, привычная боль в костях притупилась, присмирела, затаилась где-то на самом дне. И, хоть слабость еще оставалась, но она была уже далеко не такой, как вчера, позавчера и много-много дней до этого. Сейчас с этой слабостью можно было бороться. Сейчас она не доходила до изнеможения. И сейчас ее вполне можно было преодолеть.
Неясному шуму снаружи Айра сперва не придала значения: по утрам в женском корпусе всегда было весьма шумно и слишком оживленно. Поэтому еще с ночи она усилила на двери Полог Молчания и со спокойной душой уснула, радуясь тому, что говорливые соседки давно усвоили: ее метаморф не терпел чужаков. Поэтому, побарабанив для проформы в дверь, они просто кричали издалека, что пора вставать, а затем убегали по своим делам, будучи в полной уверенности, что были поняты правильно.
Айра хмыкнула, сообразив, что сегодня им пришлось мчаться в бассейн без нее: стука в дверь за Пологом Молчания она бы не услышала при всем желании. Более того, девчонки могли часами колотиться, пускать боевые заклятия, сыпать ругательствами и страшными проклятиями, но все равно ничего бы не добились - искусная Сеть Кера, усиленная и дополненная заклятиями Марсо, могла выдержать даже атаку Викрана дер Соллена. Не говоря уж о том, что легко сдержала бы их слабый напор. Поэтому, если и возмущалась непримиримая Лира, если и обиделась едкая Лизка, если и фыркала недовольно, не дождавшись ответа, Лейла, то до Айры снаружи не донеслось ни единого слова. И это, честно признать, было просто замечательно, потому что она совсем не хотела, чтобы именно сегодня ее кто-то беспокоил.
Однако когда шум снаружи стал довольно значительным, ей все-таки пришлось подняться и, смутно дивясь, подойти. Но раз уж девчонки смогли поднять в выходной такой тарарам, значит, и правда - что-то случилось. Ведь если уж она этот гам слышит из-за намертво закрытой двери, то, наверное, весь корпус просто ходит ходуном.
Интересно, кто там такой настойчивый?
Айра, накинув на плечи мятую мантию, прошлепала босыми ногами к выходу и, сняв запирающее заклятие, неохотно открыла. А потом непроизвольно замерла, чувствуя, как скручивается в животе тугой узел знакомого животного ужаса, и расширенными глазами уставилась на Викрана дер Соллена, как раз занесшего руку с горящим на ладони Колесом Огня.
"Господи... опять он! - пронеслась в ее голове паническая мысль. - Увидел, что я сбежала, и явился за разъяснениями"...
Айра застыла на пороге, не в силах оторвать взгляда от его страшновато горящих глаз наставника, в которых, вместо прежней холодной синевы, неожиданно бушевала такая буря, что она приняла бы ее за страх, если бы могла поверить, что он вообще способен его испытывать. И если бы могла предположить, что его хоть как-то обеспокоит ее самочувствие. Однако что-то же случилось, раз он примчался сюда спозаранку и уже не первую минуту... десять минут? полчаса?! час?!.. пытается до нее достучаться. Да с такой настойчивостью, что уже готов шарахнуть со всей мощи, лишь бы открыть эту проклятую дверь.
Девушка медленно перевела неподвижный взгляд с его белого, как снег, лица на свою дверь и со странным выражением увидела оплавленную древесину, по которой явно не раз и не два прошлись боевыми заклятиями. Причем не так давно. Точнее, уже этим утром.
