- Тихо, - рыкнул южанин сквозь плотно сомкнутые зубы, и Мира послушно притихла, а мужчины понеслись сквозь нетронутый человеческим присутствием лес так, словно сзади уже настигали громадные свирепые волки.
Скоро жутковатый вой повторился снова, а за ним внезапно зазвучали еще голоса: один... два... три... десять... потом где-то неподалеку раздался восторженный рык, означающий, что место стоянки уже обнаружено, а затем вдогонку донесся столь слаженный рев, что Даст мгновенно понял - нашли. Теперь уже точно нашли их след и мчатся вдогонку, роняя голодные слюни, разрывая когтями землю и неистово хрипя, горя желанием добраться до убегающей добычи как можно скорее.
Они бежали, как ветер. Сквозь чащу, кусты, больно хлещущие по лицам ветки, повисшую в воздухе паутину, навязчиво липнувшую к одежде. Неслись ураганом, тяжело дыша, на ходу перепрыгивая через мохнатые валежины, огибая большие пни, сбивая в кровь голые пальцы, но совершенно не чувствуя боли.
Наверное, внезапный страх придал им силы. Или же злобные твари решили поиграть со своими жертвами напоследок, однако до реки... которая действительно (не ошибся пацан!) оказалась поразительно близко... им позволили добраться беспрепятственно. То с правого бока, то с левого Даст то и дело замечал стремительно проносящиеся тела, однако никто из оборотней их не тронул. Вернее, ПОКА не тронул, потому что шумящая впереди река скоро встанет на их пути неодолимой водной преградой. И вот возле нее... когда все будет кончено... когда станет понятно, что бежать больше некуда... тогда и настанет время завершить эту славную, острую, волнующую, но такую короткую погоню.
Вэйр первым вылетел из леса, кубарем прокатившись по травяному склону, и достиг долгожданного берега. После чего суматошно огляделся, убедился, что каменистые склоны надежны, и ловко запрыгнул на какой-то валун. Под ним бушевала и рокотала знаменитая Белая Река, которая бурлящей полосой отделила территории виаров и вампов. Она была велика и очень быстра. На одной стороне - пологий склон, покрытый редкой желтоватой травой, за ним - крутой обрыв, под которым свирепо пенятся высокие пороги. Затем - широкая полоса яростно бурлящей воды, брызгами почти достающая до застывшего наверху парня, а за ней - голые скалы, острые зубья и никакого моста, по которому можно было бы перебраться на другую сторону.
Волки снова подали голос, по-прежнему оставаясь в тени.
"Играют, - с отвращением понял Даст, следом за юношей вылетая из леса. - Играют с нами, как с мышами. Но скоро эта игра закончится, и тогда..."
Словно в ответ, прямо за его спиной раздался торжествующий рев сразу на три луженых глотки, в котором чувствовалось ликование победителей. Затем послышалось тяжелое дыхание, стремительно приближающийся треск веток, шорох камней под тяжелыми лапами. В оставшемся позади лесу стремительно стал нарастать шум настигающей погони. Наконец, позади мчащегося во весь опор южанина выросла крупная серая тень.
Даст побледнел, понимая, что все уже кончено, и...
- Вниз! - неожиданно гаркнул Вэйр, резко разворачиваясь и вскидывая руки над головой. - Вниз! Живо!!
Даст, не успев понять, что к чему, ничком рухнул на землю, накрывая своим телом испуганно вскрикнувшую девушку и пропуская над собой страшенную, разинутую в оскале пасть, длинные лапы с острыми кривыми когтями, могучее сильное тело, покрытое густым темным мехом. Успел мысленно поразиться тому, насколько же огромен настигший его оборотень. А потом что-то случилось в мире, и южанин на мгновение будто бы выпал из обычного времени. Словно кто-то властный и могучий заставил весь мир замереть испуганной мышкой, а сам бесшумно отошел в тень, позволив потрясенному и оглушенному нахибцу наблюдать за происходящим со стороны.
Со своего места он прекрасно видел, как у Вэйра вновь подозрительно потемнели глаза. Как их снова наполнило бескрайнее синее море, готовое выплеснуться наружу и смести обнаглевших тварей, словно песчинку с белого берега. Он видел, как за спиной юноши медленно поднялся уже знакомый водяной вал, наклонившись вперед, но при этом по-прежнему бурля и пенясь. Как он взметнулся на недосягаемую высоту, опустошая внезапно осиротевшее речное русло. А потом всем махом обрушился на присевшего от неожиданности волка, играючи отшвырнув его обратно, бросив на троицу ошалело замерших на границе леса оборотней. После чего легко опрокинул и их. Щедро омыл весь склон, мгновенно вымочив всех присутствующих до нитки. И лишь потом неохотно откатился обратно, оставив после себя мокрую траву, речной мусор и широкие влажные лизуны, в которых в судорогах билась несчастная рыба.
