Близнецам до пленника дела нет, и до мелких пакостей они не опускаются, но и лишней минуты на палубе от них не увидишь. Майред спокойно ждет, пока Хольм поест или вымоется, а Рисал, когда ему выпало готовить, принес миску, где явно виднелся плевок. Это был единственный раз, когда Хольм лег спать голодным, потому что суп он, конечно, выплеснул за борт на глазах ухмыльнувшегося Кота.
Ну и что сложного понять характер каждого?
И только Ивар оставался для него загадкой. Родич Лестаны ненавидел Хольма искренне и отчаянно, это читалось в каждом взгляде, который Хольм успевал перехватить, и в том, как пакостили Рисал и Даррас, ожидая одобрения Ивара. Ненависть была понятна. Но чем больше Хольм думал о том, что случилось возле храма, тем меньше он понимал другое.
Почему Лестана предпочла поехать в храм с чужими ей Волками, а не с собственной охраной? Получается, она настолько не доверяла своему родичу и своим же соплеменникам? Почему Ивар не приставил к ней телохранителей после встречи с Росомахой? Да, тот охотился на Брангарда, но ведь на ярмарке полно самого разного народу, а Ивар положился на хозяев, хотя у него имелись опытные воины, наверняка отвечающие за наследницу головой.
И где, наконец, был Ивар, когда Лестану убивали?
Впрочем, на этот вопрос ответить проще всего. С Ингрид обнимался. Когда Хольм убегал с площади, то разглядел эту парочку под деревом. Ивар, правда, стоял спиной, но рыжую косу и нарядную одежду отлично было видно. А теперь Коту придется объяснять это вождю Рысей… Отцу, чью единственную дочь-наследницу он не уберег. Мало того, получается, что теперь наследником стал сам Ивар, так? И вряд ли Рассимор будет очень этому рад.
— Па-адплыва-а-аем… — протяжно предупредил один из Барсуков, и Хольм встрепенулся.
Ладья плавно сменила ход, как обученный конь, что слушается каждого движения седока. Барсуки забегали по палубе, без лишней спешки, но быстро и деловито выполняя каждый свою работу. Хольм в судоходном деле мало что смыслил, но даже ему было понятно, что к берегу сейчас сворачивает лишь их ладья. Те, что идут впереди и позади, даже хода не замедлили. Но где же пристань?
Хольм попытался разглядеть ее, но клетка стояла у другого борта, и навес над палубой мешал смотреть. Ладья принялась покачиваться на мелких волнах, которые возле берега были сильнее, а потом и вовсе остановилась.
— Ближе не подойдем, — пояснил старший из Барсуков нахмурившемуся Ивару. — Осадка не позволит. Ничего, на этот случай у нас лодки есть. А все-таки лучше бы вы до Арзина потерпели. Уж там такой порт, загляденье!
— Нам и здесь подходит, — бросил родич Лестаны и повернулся к вышедшей на палубу Кайсе. — Как моя сестра?
— Как обычно, — буркнула Кайса. — Ничего не изменилось. И мне тоже очень интересно, почему это мы не могли спокойно доплыть до самого Арзина? Это ведь Лесная пристань, да? Отсюда до города еще день пути!
— Потому что я так решил! — отрубил Ивар и отвернулся.
— Так спокойнее, Кайса, — негромко и примирительно сказал Гленн, трогая девушку за плечо. — Ни к чему всем знать. А от главной пристани слухи разлетаются мигом. Переночуем здесь, а завтра приедем в Арзин глубокой ночью, чтобы лишних глаз и ушей поменьше было.
— Вот за что ты мне нравишься, Гленн, — с чувством сказала Кайса, выразительно покосившись на Ивара, — так это за ум и хорошую память! А то некоторые здесь позабыли, что мне еще ужин и завтрак на всех готовить. А когда я злая, то всякое может случиться!
Фыркнула в напряженную спину Ивара и снова спустилась в трюм, где устроили Лестану.
В этот раз, выпустив Хольма из клетки, ему сразу связали руки за спиной и лишь затем кивнули в сторону лодки. Та качалась у борта ладьи, но гораздо ниже него, конечно, и близнецы Лейран с Кейраном спустились по веревке… Но связанными позади руками за веревку не ухватишься.
— Шагай давай, — улыбнулся Ивар, и Даррас рядом с ним тоже расплылся в улыбке. — Или помочь?
— Обойдусь, — усмехнулся в ответ Хольм, чувствуя, что усмешка больше напоминает оскал — да и плевать!
Свалиться с высокого борта на дно вертлявой деревянной лодчонки — удовольствие то еще. А обнаглевший Кот ожидает от него именно этого. Вот и Гленн с Кинаром нахмурились.
— Может, я помогу… — осторожно начал Кинар, но Ивар мотнул головой и уронил:
— Нет.
— Не надо, — ровно подтвердил Хольм, а потом добавил, коротко глянув Кинару в лицо: — Но благодарю.
Подошел к борту и без разбега одним легким прыжком взлетел на толстый брус, который корабелы как-то называют, но у них для каждой доски и веревки свое имя, и если ты не из их стаи, то нипочем все не упомнишь. Ладья, как нарочно, приподнялась на очередной волне, но плавно, и Хольм, дождавшись, когда лодка тоже поднимется, перепрыгнул в нее, мягко спружинив ногами. Едва не упал, но удержался и выпрямился.
