— Ты — посланец судьбы! — Я дружески хлопнул таксиста по плечу.
— Куда? — скромно спросил тот.
Пока я называл адрес, он уже успел проскочить два квартала…
У дома Листовых шофер резко сбросил скорость и подрулил к нужному подъезду, не поднимая пыли. Я первым вошел в парадное, Никодимыч горячо дышал сзади. Мы поднялись на второй этаж, стараясь соблюдать тишину. В глаза сразу бросился ключ, торчащий в нижнем замке… Не прикасаясь к нему, шеф дотронулся до двери и слегка нажал — заперто… Из квартиры не доносилось ни звука.
Мы изготовились к штурму, заняв позиции, как и положено, по обе стороны входной двери. Я достал "макаров" из сумки-визитки, где обычно таскал его летом, когда ограничена возможность пользоваться поясной или плечевой кобурой, и протянул руку к звонку. За дверью послышались крадущиеся шаги. Глазок был обыкновенный — без панорамного обзора. Смотрящий через него нас увидеть не мог. Шаги начали тихо удаляться. У меня не выдержали нервы.
— Откройте! Считаю до трех и ломаю дверь!!! Раз! Два!
При молчаливом попустительстве Никодимыча, я отступил назад, готовясь вышибить дверь. На счет "Три!" она приоткрылась сама.
— Что происходит? — Тамара Михайловна испуганно выглянула на площадку. Заметив пистолет в моей руке, она схватилась за сердце. — Что случилось, Константин?!
— Мы войдем? — нашелся шеф, глупо улыбаясь.
— Конечно входите… — посторонилась Листова.
В прихожей нас встретила Инга с круглыми глазами. Ее волновал тот же вопрос, что и мать.
— Почему вы уходили из дома? — укорил Никодимыч, прикрыв за нами дверь.
— Мы не уходили… — растерянно произнесла Тамара Михайловна. — То есть, я выходила за хлебом, но Инга оставалась здесь.
— Да! — подтвердила девушка.
— Мы звонили. Никто не взял трубку! — Шеф в изнеможении привалился спиной к стене.
— Инга? — Листова-старшая повернулась к дочери.
Девушка смутилась.
— Когда ты ходила в магазин, я… — Она опустила голову. — Мне понадобилось в туалет. У меня не было возможности подойти к телефону.
Обычно все загадочное на поверку оказывается банальным. Сейчас мне больше всего на свете хотелось сесть на пол и расхохотаться. Никодимыч, не обладавший способностью смеяться над самим собой, заметно помрачнел.
— Постарайтесь впредь отвечать на контрольные звонки, — сухо проговорил он. — И уж коль выходите из дома, не забывайте ключ в дверях, отпирая их при возвращении. Непростительная рассеянность!
— Ключ?! — Тамара Михайловна взяла с тумбочки связку и позвенела ею перед самым носом шефа. — Вот мои ключи!
Я оттолкнул Никодимыча и выскочил на площадку, бросив на ходу:
— Наверх!
Сам же скатился на крыльцо и пробкой вылетел на улицу. Пенсионер с палочкой, три мамаши с колясками, мужчина с ротвейлером на поводке… На дальнем расстоянии от подъезда — десяток ничем не примечательных граждан.
— Бородатого ищешь? — прокричал Пилюгин, высунувшись из окна своей машины.
— Кого? — переспросил я, подскочив к таксисту.
— Он вышел из подъезда и побежал.
— Давно?
— Минуты две-три назад.
— Куда побежал?! — Меня бросило в пот.
— За дом. — Пилюгин указал пальцем направление.
— Давай!
Я плюхнулся на переднее сидение. Двигатель недовольно фыркнул. Таксист резко взял с места и чудом вписался в поворот на ограниченном пространстве узенькой дорожки. В соседнем дворе и в следующем нас ожидало разочарование. По мере того, как мы кружили между домами, вертя головами налево и направо, разочарование усиливалось и вскоре превратилось в осознание бесполезности дальнейших поисков.
— Ты его хорошо запомнил? — спросил я у Пилюгина, когда мы возвратились на исходную позицию к подъезду Листовых.
— Так себе…
— Опиши!
— Ростом пониже тебя, волосы темные…
— Короткие?
— Не длинные и не короткие, — сказал таксист, чуть подумав. — Борода того же цвета, густая, но аккуратная. Одет в синий джинсовый костюм.
— Худой или полный?
— Нормальный, — неопределенно пояснил Пилюгин. — Ага! Через плечо у него была черная сумка.
— Спортивная?
— А я знаю? На ней не написано.
— Ладно… — Я вылез из машины. — Жди пока…
Никодимыч встретил меня на площадке подле дверей Листовых. Я доложил о бородатом.
— Не повезло, — вздохнул шеф. — Вспугнули.
— Кто ж знал?
Задержись мы на пару минут, взяли бы его прямо в квартире. А так… Псих услышал наш топот и слинял на третий этаж, где дождался, когда мы зайдем к Тамаре Михайловне, а затем прошмыгнул вниз и смотался.
Никодимыч достал из кармана ключик и подал мне. Новенький, блестящий, со свежими следами слесарной обработки.
— Почему один? А где от второго замка?
— Помнишь, Листова говорила, что в воскресенье они сменили нижний замок? Этот, — он забрал у меня находку? — от нового. Наверное, парень вставил ключи в оба замка и хотел отпереть их одновременно, чтобы хозяева, заслышав шум, не смогли заблокировать второй замок. Новый ключ слегка заедает. Псих не справился с ним и бросил.
— Разве Листовы не слышали шебуршание?
— Нет. Видимо, он только-только вставил ключ и не успел отпереть, — предположил Никодимыч.
