— Ну и что? Не воспользовался же он ими лишь сегодня! Я еще хочу посмотреть в прокуратуре нераскрытые дела по насилиям за последние несколько лет.
— Кто их нам даст?
— Дадут, — уклончиво заверил шеф. — Один из помощников прокурора — мой приятель. Думаю, он не откажется посодействовать в таком пустячке. Например, завтра!
— В воскресенье?
— Конечно! В отличие от будней, по выходным прокуратура пустует, и никто меня там в архиве не увидит.
За компотом из яблок мы разделили между собой партнеров Инги по танцевальной школе — пятерых юношей и четырех девушек. Львиная доля досталась мне, так как Никодимыч взялся наведаться в информационный центр УВД, разыскать Мухина и проверить его алиби на вечер пятницы, а также посетить редакции двух газет и местного телевидения, чтобы дать объявления о находке кольца с рубином. Мы тепло распрощались при выходе из кафе, уговорившись встретиться в офисе часов в десять вечера…
Ближе всех к фонтанам жил танцор по имени Сергей и по фамилии Бахирев. Окна его жилища на третьем этаже выходили на площадь.
— Вам кого? — спросил высокий симпатичный мальчик, распахнув передо мной массивную железную дверь, обшитую деревянной рейкой.
За его спиной просматривались детали интерьера коридора, наводившие на мысль о высоком уровне обеспеченности хозяев дома.
— Тебя, Сережа. — Я показал свое удостоверение частного сыщика.
— Входите, — разрешил юноша.
В прихожей молодой хозяин замялся. Я понял, что в квартире он один, а сыскаря-частника видит впервые и не знает, как себя вести.
— По поводу Инги Листовой.
Услышав знакомое имя, Сергей чуть расслабился и уже достаточно уверенно провел меня в свою комнату. Пока я изучал его коллекцию компакт-дисков на полочке, висящей над музыкальным центром "Sony", мальчик поправил накидку на тахте и сел, выжидательно глядя на меня.
— Вчера вечером на нее напали и пытались ограбить, — вдохновенно соврал я, усаживаясь рядом.
— Где?! — Он почему-то не удивился самому факту нападения. Его взволновало место.
— Прямо в студии. Инга осталась там одна для индивидуальной подготовки.
— В студии? Да вы что?! — Бахирев вскочил, но тут же снова опустился на тахту. — Она жива?
На его месте я бы задал другой вопрос.
— Жива. Несколько синяков. Злоумышленника вспугнули — он лишь успел прихватить деньги из сумочки.
— Много?
— Прилично. — Никогда не следует детализировать вранье, иначе легко запутаться.
— Почему следствие ведете вы, а не милиция?
— Логичный вопрос, — похвалил я. — Некоторые обстоятельства заставляют подозревать в содеянном кого-то из вас, танцоров. Инга не хочет огласки, поэтому ее мама и обратилась к частным детективам.
— Разве Инга не видела нападавшего? — удивился Сергей. Его лицо чуть побледнело.
— Видела, но маска не позволила опознать. Надеюсь, это был не ты?!
Вопрос, заданный нахально и прямо в лоб, шокировал Бахирева. Он раскрыл рот и вытаращился на меня, будто только сейчас узнал, что я его отец.
— Шутка! Преступник ростом ниже тебя на целую голову.
Сергей вздохнул с явным облегчением. В его глазах появился укор. Я принялся обстреливать мальчика каверзными вопросами, касавшимися его товарищей по школе. Отвечал Бахирев толково. Итог можно было охарактеризовать одной фразой: "Все ребята нормальные, на ограбление никто не способен".
— А Коробейников?
— Руслан Сергеевич?! — вскричал юноша. — Да вы в своем уме?!
— Он действительно голубой?
Мальчик внезапно покраснел и отодвинулся от меня на край тахты.
— Это — личное дело каждого человека, — проговорил он, спустя целую вечность.
— Хорошо, замнем…
— И, потом, каким образом сексуальная ориентация может быть связана с кражей?
Нет, не прост симпатичный танцор. Мне надо держать ухо востро.
— Никак, — равнодушно согласился я. — Ты давно занимаешься у Коробейникова?
— Скоро год будет.
— При тебе из студии кого-нибудь выгоняли?
— Нет, не выгоняли, и никто сам не уходил.
— На кого, по-твоему, похож этот человек? — Я назвал приметы преступника.
— А откуда известно, как выглядит вор, если он был в маске? — справился у меня Сергей.
Живой ум парня вновь заявил о себе со всей очевидностью. Мне не осталось ничего другого, как поставить Бахирева на место с помощью любимой фразы тупого киношного следователя:
— Вопросы здесь задаю я, ладно?!
Сережа смирился, подумал и категорически заявил, что бородатого гражданина среди его знакомых нет.
— Ладно… У кого из ребят есть синяя джинсуха?
По глазам Бахирева я понял: у него возникли какие-то мысли на сей счет, однако поделиться ими со мной он не спешил.
— Вообще-то порядочное свинство бить ногами девушку, — заметил я, словно беседуя с самим собой.
Проняло.
— Перчаткин носит, — хмуро произнес Сергей.
— Кто?
— Коля… Но ему Инга давно нравится… Не станет же он нападать на любимую девушку! Да и волосы у Кольки светлые. И бороды нет…
— Бороду приклеить можно.
— Приклеить — конечно, только я не видел, чтоб бороды свободно продавались.
Резонное замечание… Из него в будущем выйдет или величайший ученый, или столь же величайший проходимец.
— Вспомни, Сережа, в каком порядке вы уходили из Дворца вчера вечером.
