Вернувшись домой, он включил компьютер. Приятель спрашивал, когда он появится, а то однокурсники уже забыли, как он выглядит. Патрисио послал в ответ мем и закрыл фейсбук. Начал гуглить слово «кома».
Первым делом он обнаружил, что никогда не обращал внимания на многочисленность значений одного слова. На открывшейся в Википедии странице предлагалось выбрать нужное из списка, на несколько мгновений привлекшего его внимание. Комета. Скопление галактик. Альбом. Фамилия. Малоизвестный язык. Он кликнул на «кома (медицина)». Вспомнил ногу, торчавшую из-под белой простыни на больничной койке. Негнущийся палец, без запаха, словно резиновый. Нужный термин происходил от греческого — «глубокий сон»[7]. Кома может вызываться интоксикацией алкоголем, наркотическими веществами или ядами, остановкой сердца, метаболическими аномалиями, заболеваниями центральной нервной системы, инсультом, травмой головного мозга, судорогами, гипоксией и другими непонятными вещами. Кома. Облако из пыли и газа, окружает ядро кометы, делает ее голову пушистой, деформируется под давлением света, искажение изображения в определенных оптических системах, угрожающее жизни состояние, характеризующееся полной потерей сознания. Это было бессмысленно. Чтобы самому поставить диагноз, нужно слишком долго читать. Думать бесполезно. Представлять утомительно и безрадостно. Патрисио открывал другие медицинские страницы, очерки и форумы. Потоки информации. Но ничего о том, что происходит с его отцом.
Патрисио встал, голод привел его на кухню. Он открыл холодильник, достал плавленый сырок сомнительной свежести. Намазал сырок на хлеб и вылил в стакан остатки пива. Взгляд Патрисио, выдохшийся, как и напиток, постепенно затуманивался, пока он не провалился в черный сон, откинувшись на спинку кресла.
Ему приснилось, что он умирает. Его пожирал белый покров. Слюна текла на подушку, но он словно оцепенел. Пытался повернуться, тело не слушалось, на лице выступал пот, он чувствовал, что плывет вниз по реке. Мелькнула мысль, что заразился от отца в больнице. Что все его внутренности поражены смертоносным вирусом. Подумал, был ли он хорошим сыном. Подумал о Кате, о маме. Подумал о них обеих. Несколько женских имен возникли в голове без лиц, без тел, без голосов. Пато с трудом обвел взглядом пустую гостиную, на мгновенье ему стало горько, а потом он снова закрыл глаза, отдавшись сну. Водяной голос звал его. Всё вокруг было зеленым. Он услышал имя, теплый голос рядом с ухом. Посмотрел на свои руки, превратившиеся в воду. В зеркало увидел себя на просвет, словно его кожа была плетеной, как корзина. Голос звучал внутри. Ноги стояли на влажной земле, как будто на дне высохшего озера. Он посмотрел вниз и увидел отца. Его тысячи раз повторенное лицо. Его глаза между рядами светящихся цифр и знаков в клеточках. Обширное мшисто-зеленое пространство. Глаза переговаривались, уставившись на него. Его тело среди всего этого было точкой. Кратким дуновением. В ужасе он силился оторвать ноги от земли и убежать подальше от этого леса, но весь стал водой и проснулся.
Джованна закрыла тетрадь. Она была в командировке в Вальдивии, где описывала новые виды грибов по заказу Южного университета. Сидя рядом с дровяной печкой, она просматривала записи за день и переносила в компьютер те, которые, возможно, пригодятся для книги. Ее прервал голос Андреа со второго этажа.
Некоторые записи содержали размышления: