Расписание папы позволяло выделить только пару-тройку часов, чтобы пообщаться, да и сама Маша не захотела быть под присмотром, поэтому у нее было немного свободного времени прогуляться по городу, осмотреть окрестности, отдохнуть. Нога уже не так болела и беспокоила, и вместо обычных громоздких костылей по согласованию с лечащим врачом девушка использовала легкие и удобные локтевые костыли, с которыми передвигаться было значительно проще, хоть усталость быстро брала свое. Она могла совершенно спокойно пропустить какой-то вид зимнего спорта, забыться, увлекшись прогулкой по расписным улочкам, всегда наполненным толпами людей. Маше пришелся по душе и незнакомый гостеприимный город, и праздничные гуляния. Она могла загуляться, но никогда не пропускала фигурное катание и хоккей, так как не поддержать своих друзей просто не могла. А еще с замиранием сердца ждала, когда родная хоккейная команда выйдет на лед, и жадно искала глазами игрока под номером 89. Ребятам как никогда была важна поддержка, и, сидя на трибунах, Маша ощущала их волнение на каждом матче. Ее соотечественников среди зрителей было значительно меньше, но казалось, их голоса перекрывали даже кричалки болельщиков других сторон. Девушке нравилось быть причастной к такому празднику и являться частью одной большой семьи, нравилось быть одной из армии вдохновителей, что толкала команду на победу.
На очередном матче Маша напряженно наблюдала за игрой, переживая каждый острый момент. Она всегда следила за Смеляковым, где бы он ни находился: на поле или на скамейке. Теперь стала понятна причина, по которой ее младший брат так восхищался игрой Ярослава. Смелый являлся очень результативным хоккеистом, а в одной из четырех проведенных игр даже был признан самым ценным игроком команды. Отчаянный, стремительный, быстрый, дерзкий… Потрясающий. Как разительно этот парень отличался от того смущенного Ярика, что гостил у них в ночь на Новый год!
И пора было признаться себе, что приехала она только из-за него. И каждый матч едва могла усидеть на месте, жутко переживала, радовалась удачным передачам, сделанным Яриком, каждой забитой парнем шайбе, и расстраивалась, когда ему не удавалось забросить или судья отправлял отбывать штрафные минуты. Радовалась как ребенок, когда команда вышла из четвертьфинала, прошла полуфинал, пусть и с большим трудом.
Оставался финал. Один шаг до триумфа. Маша знала не понаслышке, что это такое, когда от волнения сводило все мышцы, а разум вдруг на несколько мгновений затуманивался страхом, с которым совладать можно было, лишь выйдя на лед. Она могла бы написать Яру слова поддержки перед матчем, но сама не любила, чтобы что-то отвлекало. Все слова будут позже, а пока девушка ужасно нервничала, сидя на трибуне. Папа предлагал организовать место в ВИП-ложе среди именитых гостей, где также были места и для членов семей игроков, приехавших поддержать родных, но Маша упрямо отказалась, предпочтя переживать в одиночку, без лишнего внимания к своей персоне. Хватило с нее и тех громких заголовков, которыми пестрили новости благодаря безрассудным выходкам Смелякова.
Монитор, расположенный над площадкой, выхватывал лица игроков, и Маша имела возможность хоть иногда увидеть Ярика поближе. Хмурый, напряженный, сосредоточенный, внимательно следил за игроками даже будучи на скамейке. Изредка он о чем-то переговаривался с напарниками. А когда удалось забить первую шайбу, ликовал как мальчишка.
«Хоккей!» – много раз напоминала себе Маша, но все равно искала на льду красный свитер с номером 89.
В этот раз никак не шла игра у сборной – соперник вел со счетом 3:1. Начался третий период, но счет не удавалось сравнять. Во время перерыва команда получила последние наставления от тренеров, и это было заметно даже Маше. Игра стала намного жестче, появились напористость и уверенность. «Красная машина» давила, пытаясь наверстать упущенное. Смелякову дали больше времени, и он со своим звеном творил что-то невозможное, выбивая шайбы из-под клюшек соперников.
– Давай, Ярик, – Маша сжала кулаки так, что ногти впились в кожу. Она напряженно смотрела, как Смеляков, обойдя соперника, ловко подцепил у него шайбу и тут же помчался к воротам. – Ну же, быстрей, мой хороший! Давай!
Маша словно только сейчас заметила, как ловко парень уходил от соперников. Ярослав владел своими хитрыми приемами, позволявшими обманывать защитников, уводя шайбу в ином направлении, чтобы передать ее другому игроку. Легкий молниеносный замах – и шайба ворвалась в ворота соперника.
– Да! – Маша радостно подскочила с сотнями болельщиков и тут же рухнула в кресло от резко пронзившей ногу боли. На табло обновился счет: 3:2. Маленькая надежда за пять минут до окончания третьего периода, в котором все и решится: либо серебро, либо битва за золото в овертайме.
Это понимала и другая команда. Атаки стали более частыми, соперники не гнушались применять силовые приемы, и ребята едва успевали отклоняться.
