Все зависит от того, как повернешь руку. Если удар придется по мягким тканям, мышцы будут просто повреждены, но через неделю восстановятся. А если рука подставится под другим углом, то удар примет на себя лучевая или локтевая кость. Это гарантированный сложный перелом, требующий скорой хирургической операции. И выздоровление будет длиться долго.
Но, видимо, тот ролик смотрел не только я один, и кто-то воспринял такие уроки всерьез. Может быть, кто-то стал так же других учить. Бедные люди! Сколько всякой глупости в Интернете можно встретить. У меня даже жена ругалась на кулинарные рецепты, которые только приводят к порче продуктов. А уж изучать по Интернету боевые единоборства вообще опасно.
Ивон принял размашистый удар биты именно на предплечья, и у него сразу же «отключились» обе руки. То есть он остался беззащитный, один против шестерых парней. Второй удар битой был нацелен в голову, но Ивон успел увидеть это и голову убрать, или просто бьющий не рискнул такой смертельный удар нанести, промедлил пару секунд, и потому бита обрушилась на плечо, наверняка сломав ключицу, а то и большой плечевой бугор, что гораздо хуже, потому что там есть кость, которая «любит» отрываться от сухожилий и может не встать на свое место уже никогда.
Ивон свалился на бок и получил еще несколько пинков в живот и в спину. Но тут подоспел я. Я видел, как высокий рыжий парень размахивается битой, чтобы ударить меня. Вместо того чтобы притормозить или отскочить, я увеличил скорость, совершил длинный скачок и не ударил, а толкнул парня в отведенное для удара плечо. Его развернуло вслед за битой, а я прямо с разбега нанес ему размашистый оверхенд[18]. Рыжий рухнул между моей и соседней машинами, у которой тоже сработала сигнализация.
А я уже не останавливался. Остановка была просто опасной. Парням с битами не хватало, видимо, решительности. А мне решительности хватало с избытком. Они чего-то ждали, но я ждать не стал и сразу растопыренными пальцами нанес удар в лицо тому, что стоял ближе. Он даже биту поднять не успел. Удар пальцами в глаза всегда очень болезненный, и парень, бросив биту себе под ноги, согнулся и закрыл лицо ладонями. Я видел, что именно он бил битой Ивона, и плотно сжатым кулаком трижды подряд ударил его по открытому затылку.
Я бил так намеренно, разозлившись из-за Ивона. В этом случае иногда ломается основание черепа, наступает поражение головного или спинного мозга, такие удары могут иметь летальный исход. Не случайно удар называется «хаммер», что переводится, как «молоток». Мой кулак был вполне в состоянии молоток заменить.
Третий успел поднять биту и даже размахнулся до того, как я приблизился, но ударил при этом по носу своего же товарища, стоящего позади. Тот взвыл с дикими матюками. Парень с битой замер и обернулся. Мне хватило этого момента, чтобы сократить дистанцию с разворотом и нанести ему классический бэкфест[19]. Удар свалил парня под ноги другим.
Но их еще оставалось трое против меня одного. Двое были передо мной, третий находился где-то за спиной.
Не давая налетчикам времени прийти в себя, я дал одному резкий пинок между ног — удар не из боевых единоборств, но очень действенный. Дикий вой и сморщенная физиономия убедили меня, что удар получился точным.
Второй попытался ударить меня правым прямым, который я легко направил в воздух над своим плечом легким ударом кисти в предплечье. Все точно так, как совсем недавно отрабатывал с капитаном Телегиным.
Но ждать последующих ударов, как это было с командиром разведроты, чтобы отбить и их, я не стал. Второму я тут же нанес два быстрых встречных точных удара в одну точку по центру подбородка с обеих рук. Парень посмотрел на меня с удивлением и плавно осел на землю.
Я только успел повернуться, помня, что последний противник остался у меня за спиной, когда почувствовал удар в живот каким-то предметом. И только тогда увидел нож. Но бронежилет мой выдержал, а я, сохраняя инерцию разворота тела, соединил ее с движением кулака и боковым ударом свалил парня на капот своей машины.
Нож остался в его руке, но тут раздался вой полицейской сирены, и во двор въехали сразу два «уазика». Посмотрев на них, я одновременно заметил, как от дома отъезжает красная «Митсубиши Лансер», точно такая же, как у моего нового знакомого азербайджанца Рафа. Такая же старая и грязная. Там, на стоянке, мне показалось, что у его машины было слегка помято правое крыло. Однако сейчас расстояние от меня до машины было немалое, да и темно во дворе было — фонари располагались у подъездов, а окна освещали другую сторону машины, которую мне вообще было не видно. Я не смог рассмотреть крыло. «Митсубиши Лансер» спокойно поехал навстречу двум полицейским машинам. Никто не попытался его остановить.
От дома в нашу сторону бежало трое мужчин. Только тут я заметил, что сигнализация уже работает на трех автомобилях, не считая моего «китайца». Полицейские выскакивали из «уазиков» с автоматами наперевес, хотя я не заметил, чтобы хоть один из них щелкнул предохранителем, опуская его в боевое положение.
