– И все же мы хотели бы пообщаться с господином Мещеряковым лично.
– Боюсь, что в данный момент это невозможно.
– В связи с тем, что у господина Мещерякова с погибшей был личный контакт, я буду вынужден объявить его в розыск как опасного преступника.
Кругленький был шокирован:
– Вы этого не сделаете!
– Ошибаетесь!
– У вас будут крупные неприятности.
– Не будут. Я всего лишь выполняю свой долг.
– Оставьте свои координаты, – холодно произнес кругленький человечек. – Если Хозяину будет угодно, то он свяжется с вами.
– Будет лучше, если он не станет медлить с этим. Тело погибшей мы забираем. Если узнаете что-либо имеющее отношение к ее убийству, обязательно сообщите.
– Разумеется, – произнес кругленький.
Но сказал он это таким тоном, словно намеревался сказать совсем другое: «Вот еще! И не подумаю! Держи карман шире! Нашли дурака!»
Фима шагнула вперед, на языке у нее вертелся вопрос, который ей не терпелось задать.
– Скажите, а как давно существует Дивногорск?
– Ну первые дома были построены десять лет назад. А в плане Дивногорск существовал гораздо больше.
– То есть план был изначально?
– Да, – важно кивнул кругленький. – Вот этот самый план, который вы видите за моей спиной, он и послужил основой для строительства нашего Дивногорска. Господин Мещеряков многие годы вынашивал его в своей голове, чертил и перечерчивал, а затем предоставил готовый план, согласно с которым и ведется застройка.
– И господин Мещеряков, наверное, не случайно выбрал для Дивногорска именно эти места?
Кругленький смотрел на нее молча, но Фиме показалось, что во взгляде мужчины появилась какая-то настороженность и вроде бы даже страх.
Он снял очки, протер их, и без очков снова показался Фиме на редкость знакомым.
– С чего вы это взяли?
– Ну… чужие тут не ходят. Места красивейшие, но глухие. Единственная деревня поблизости – это Лукошкино. Наверное, господин Мещеряков детство проводил в этих местах? Наверное, к бабушке на лето в деревню приезжал?
– Ни о чем подобном я никогда не слышал. А с чего вы вообще решили, что господин Мещеряков отсюда родом?
– Просто так мне подумалось.
– Ну а все-таки? Отчего такая мысль посетила вашу хорошенькую головку?
– Нам Семен, житель Лукошкино, рассказывал, что они мальчишками прибегали на эти холмы, купались в этом озере. А один мальчик – Мишка – тот даже мечтал, что когда-нибудь построит себе на одном из холмов дом. Над ним все смеялись, потому что он был из семьи алкоголиков, которые и свой собственный дом содержать в порядке не могли. Но он все равно упрямо мечтал. К сожалению, Мише не повезло, он пошел по стопам своих родителей, потом угодил за решетку, где и погиб. А если даже, как утверждает Семен, и не погиб, то все равно ничего хорошего ему в жизни не светило. Единственное свое достояние – дом родителей – он спалил, фактически превратился в бомжа. Наверное, сгинул уже, бедный мечтатель. Но он так сильно мечтал о доме на холме, а теперь вот, оказывается, его мечты осуществил совсем посторонний человек. Как странно бывает в жизни! Мечтал о таком доме один человек, а живет в нем совсем-совсем другой. Удивительно?
– Да, очень странно, – подтвердил кругленький, но взгляд его за стеклами очков сделался еще более настороженным.
Когда они вышли на улицу, мужчины вопросительно взглянули на Фиму.
– И что это все означает?
– Вы хорошо разглядели тот план Дивногорска, который висит у него в кабинете?
– В общих чертах. А что?
– А то, что он начерчен под конкретное место. Под это самое место. Там на плане указано и озеро, и высокий берег, и все эти холмы, и лес. Все до мельчайших подробностей соответствует реальной местности. И если не знать прежде этого места, то заранее такой план начертить невозможно. Значит, Мещеряков бывал в этих местах и прежде. Возможно, неоднократно.
Теперь полицейские смотрели на Фиму во все глаза.
– Вот это да! – произнес Платон, с нескрываемым восхищением глядя на девушку. – Пойдешь работать ко мне в отдел?
– Я подумаю, – кокетливо улыбнулась ему Фима и с удовольствием отметила, как помрачнел при этих ее словах Арсений.
Так как время было уже довольно позднее, то Арсений с Фимой собирались заехать в Лукошкино, забрать Вику с Каблуковым, и поворачивать назад в Питер. Казалось бы, чего уж проще?
Но когда они приехали в деревню, то обнаружились две вещи. Первое – в деревне бурно что-то празднуют. И второе – Вику с Каблуковым втянуло в это празднование настолько глубоко, что теперь они оба дрыхнут в одном из сараев. Загрузить их в машину не представлялось возможным, потому что при малейшем колыхании им становилось плохо, а пачкать машину Арсений не хотел.
– И что нам делать? Оставить этих уродов тут?
– Это было бы справедливо, – согласилась Фима. – Но не слишком человеколюбиво. Как они будут добираться?
– Мы в ответе за тех, кого приручили. Может, останемся на ночь?
Фима засмущалась. Но это предложение участкового вызвало у семьи Клочковых и вообще всех жителей деревни новый приступ неподдельной радости.
– Правильно! Оставайтесь! Отпразднуем вместе.
