– Ха-ха! Зато с Селиной сдружился. Очень даже близко, я полагаю.
– А ты не полагай, – холодно ответил командир отряда, – Удачи!
– Ага, и вам того же!
Салтер с четырьмя помощниками исчез в темноте улиц, а остальные остались для вытягивания информации из веселой толпы и выжидания развития событий.
По мощеной мозаике, выложенной несколько веков назад, шла группа людей в белых балахонах, которые полностью скрывали их лица. Фигуры двигались в колонну по двое, кроме направляющего, который опирался на резную трость из красного дерева, украшенную древними символами из золота. И хотя все граждане вокруг собрались, дабы услышать речь своего предводителя, толпа расходилась перед данной процессией подобно косяку рыб перед акулами. Чем дальше шла эта группа людей, тем тише становилось на главной площади города и тем отчетливее разносился стук трости о каменный орнамент. Для их предводителя уже стояла сцена с двумя трибунами, одна из которых была занята. Крупный мужчина с красноватым оттенком лица, широкой и угловатой челюстью, густыми черными усами и лысой головой смотрел на шествие взглядом ястреба из-под толстых бровей. В его глазах читалось негодование и раздражение. Внимательные зрители сего действия могли заметить в неподвижных зрачках еще одну эмоцию – страх. Тот самый, благоговейный, возникающий при виде чего-то необъяснимого и невероятно могущественного. Наконец старик неспешно взобрался на сцену, а толпа окончательно замолкла. Настолько, что издалека послышался звон корабельного колокола.
– Нивер, прости, что опоздал. Но у меня были на то веские причины, – слабым старческим голосом произнес пожилой мужчина.
«Опять выбивал деньги с прихожан, небось?» – подумал король Визерии, но тактично умолчал эту мысль.
– Приветствую, Отец Кирит!
– У меня есть послание для тебя, но всему свое время, – сказав это, служитель обратился к толпе: – Дети Супериона, да будет вам известно, что наш отец снова обратился ко мне. И знаете, что он сказал? Он сказал, что любит нас всех, несмотря ни на что. Добрая весть, лучше которой быть не может! Но увидел я в глазах его глубокую печаль. И спросил: «В чем же дело? Что могло так огорчить отца нашего?» После долгих раздумий он ответил мне: «Сын мой, все вы мои дети, и каждого я опекаю, но почему вы не слушаете меня? Я просил вас объединиться, как родные братья, и жить в мире. Но вы лишь спорите меж собой. Держитесь за свои земли, деньги и остальные богатства. Однако, всё это пустое, ибо надвигается нечто, что сотрет Наридию в пыль». – «Но что же нам делать? Как нам быть с неугодными братьями?» И Суперион дал ответ, который поразил меня. Он сказал, что тот, кто сидит на престоле Гридиона, больше нам не брат. Проклятье Химеры до сих пор действует, и яд ее отравил сердце юного Фейзера. Ибо там, где нет защиты богов, зло действует беспрепятственно. Но мало того, что он сам проклят, молодой король не дает спасти нам братьев из Колидии. И, дабы защитить их от гнета тирана, наш правитель Нивер должен победить деспота, как некогда Хальгорот поверг ужасную Химеру. А для нас навсегда останется болезненный урок, что лишь под защитой храмов мы в безопасности от кары чудовища!
«Вот же плут!» – с усмешкой подумал Нивер.
А площадь ревела. Слова служителя так вдохновили толпу, что пришлось вмешаться страже, чтобы охладить пыл горожан.
– Хорошая речь, Отец.
– Речь, что идет от сердца, не может быть плохой.
– Возможно, – скептично ответил король. – Так о каком послании для меня вы говорили?
– Идем со мной, Нивер, и сам всё увидишь.
Правителю Визерии не хотелось следовать за стариком в Верховный Храм, однако выбора у него не было. Взяв с собой советника и еще пару человек из личной охраны, он последовал за Киритом.
Под гул людей и крики чаек процессия пошла сквозь толпу. Каждый старался хотя бы краешком пальца коснуться монаха и короля, но охрана старательно с помощью древков копий выбивала эти мечты, порой вместе с зубами и ребрами совсем уж рьяных почитателей. Но тут один из стражей неожиданно покачнулся и упал, оставив на мозаике под собой темно-красную лужу. Рядом стоящий солдат даже не успел что-либо предпринять, как схватился за горло, тщетно пытаясь остановить кровотечение. Какая-то женщина завопила, еще кто-то высвободил содержимое желудка на ближайшего мужчину, и началась паника. Люди бежали, толкались, давили тех, кто упал, сами спотыкались и падали… Всей этой суматохой воспользовались нападавшие. Выскочив из толпы, человек в черном капюшоне и красной зубастой маске набросился на старика с кинжалом в руке. Стоявший рядом со служителем охранник одним быстрым движением проткнул глотку незадачливому убийце. Другой атакующий напал с обратной стороны с криком «За свободную Наридию!», но тут же упал, разбрызгивая кровь из шеи. А тот, кто совершил это еле заметное действие, уже стоял как ни в чем не бывало. Король Нивер практически не успел испугаться, как всё уже закончилось.
– Эти глупцы так и не усвоили урок, – сказал Кирит совершенно спокойным голосом.