– Я знаю, кто Вы! – мощные динамики, установленные по углам дома, вновь сотрясли всю округу.
– Ник, ты отличный парень, зачем весь этот огород? Отпусти бедную девушку и угости меня кофе, бьюсь об заклад, нам есть, о чем поговорить с глазу на глаз! Посмотри, сколько кругом зевак и полиции, с минуты на минуту здесь будет полно прессы. Дружище, я знаю, что ты хочешь мне сообщить что-то очень важное!
– Но Вы почему-то так не думали, когда бросали в урну подготовленные мною предложения! Я отправил Вам кучу писем, и Вы не посчитали мою информацию важной!
– Я узнал про эти письма только сегодня, и будь я проклят, но все виновные в этом кретины понесут заслуженное наказание! Отпусти девушку, Ник! Клянусь Богом, я выполню все твои требования!
– Боюсь, Вам придется выслушать меня здесь и сейчас! Девушка выйдет из моей двери сразу после того, как я отпущу кнопку моего громкоговорителя. Но учтите, что она созналась в своей работе на КГБ и никто, кроме меня, не смог вывести ее на чистую воду! Думаю, что она еще будет вам полезной!
– Хорошо, Ник, я согласен. Но будь любезен, хотя бы убавь звук на своих колонках. Я тебя слушаю, парень!
– Мне известен способ окончательной победы над Россией. Он очень прост! Мое уравнение сошлось! Я гениальный математик! Я решил эту задачу и все-таки приведу Америку к Победе! Мы вложим в карман каждого русского переносной телефон!
– Боже, что он несет на всю улицу? – ужаснулся шеф и представил русских, таскающих в руках настольные телефонные аппараты с километрами провода. – Дальше, скорее всего, пойдут телевизоры.
– Почему Вы мне не верите? – Николас наблюдал за реакцией переговорщика. – Мы просто обязаны дать им всем по телефону!
– Но это невозможно, Ник!
– Это возможно! При помощи подготовленных нами аппаратов русские будут не только звонить! Им будут доступны кинофильмы, – Николас все-таки оправдал надежды шефа, – игры, письма, просмотр картинок и изображений, музыка, будильники и многое другое. Они смогут делать ставки на спортивных тотализаторах и совершать покупки в магазинах, обсуждать новости и сплетни, попадаться мошенникам и аферистам. Они смогут спокойно слушать «голос Америки» и радио «Свобода»…
– Нужно оформлять его в клинику на пожизненное, – принял решение шеф.
– Таким образом, русские отвлекутся от всего на свете! – продолжал Фостер. – Болтуны будут разговаривать днями напролет, игроки будут играть, киноманы смотреть кино. Они смогут пересылать друг другу музыкальные клипы, фотографии и переписываться. У домохозяек будет пригорать яичница и пироги, дети перестанут учиться, дружить и заниматься спортом. Водители, пилоты и капитаны устроят кучу аварий…
– Только пожизненное! – стараясь не выдавать эмоций, кипел начальник Управления.
– … все свободное время эти люди будут тратить на телефоны! Они будут засыпать и просыпаться с ними в обнимку. Телефоны будут с ними всегда и везде: на работе, дома, в кино, за рулем. Их психика лопнет как мыльный пузырь! У них не будет потребности в человеческом общении, дружбе, отдыхе и любви. Это будет крах! Их нация начнет деградировать и убивать сама себя!
– Ник! – перебил оратора шеф. – Я просто шокирован твоими идеями! Но умоляю, давай обсудим все это без посторонних ушей! Ты просто молодчина, парень! Это блестящая аналитическая работа, которую не смогли сделать сотни недальновидных идиотов из Конторы. Позволь мне, наконец, войти внутрь и отпусти заложницу, окей?
Вместо ответа нараспашку открылась дверь, и во двор вышла заплаканная девушка. Шеф ловко перепрыгнул ров и вошел внутрь. Их не было полчаса, и подчиненные начальника Управления начали задумываться о штурме здания, но дверь наконец вновь отворилась, выпустив наружу обоих мужчин. Они добродушно улыбались, и у некоторых присутствующих создалось впечатление о том, что они наблюдали съемки захватывающего триллера, а не на захват заложника.
Через несколько минут служебная машина быстро понесла их в сторону штаб-квартиры ЦРУ, и на долгое время Николас Фостер пропал из виду, в очередной раз угодив в клинику…
Владимир Звягин работал охранником в скромном, практически нефинансируемом научно-исследовательском институте. Он жил здесь же в маленьком подсобном помещении размерами два на три. В комнатушку с трудом помещалась старая ужасно скрипящая кровать, стол и древний дубовый шкаф. У него был набор посуды и столовых приборов, китайский электрочайник и ламповый телевизор «Рубин».
Свою мизерную зарплату бывший врач-стоматолог сразу же приносил в жертву жадным богам игровой индустрии, которые сжирали ее в течение нескольких часов. Дальше следовал длинный месяц, наполненный борьбой за выживание.
Расставание с деньгами проходило в игровом клубе по соседству, хотя Владимира всегда тянуло в любимое заведение на ВДНХ. Однако идти в то казино он не решался, потому что там по-прежнему работала Вика, встретиться с которой хотелось и не хотелось одновременно.