Снимаю пальто, приятно удивляюсь, обнаружив в шкафу свободную вешалку. Диана хоть и противится мне, но думает обо мне, сама того не ведая. Ее метания между умом и чувствами забавляют, иногда злят, порой сильно раздражают. Особенно, когда не соглашается с моей точкой зрения. В своих фантазиях я представлял, что она меня всегда слушается, преданно заглядывает в рот, никогда не протестует и удовлетворяет все мои сексуальные потребности. Реальность больно щелкнула по носу. Оказывает даже у такой нежной, хрупкой на вид барышни есть своя точка зрения, свои желания, свои личные границы, которые оберегает не хуже пограничника. Я к такому не привык, рядом всегда находились девушки, готовые на все ради покровительства. Даже превратиться в любимую зверушку, если бы захотел.
Развязываю галстук, расстегиваю три пуговицы рубашки, открываю дверь спальни. Комнату тускло освещается маленьким ночником. Диана спит посредине кровати, обняв руками свободную подушку, одеяло зажато между ног. Ночные шорты задраны вверх, оголяя бедро. От этого вида у меня дергается член в брюках. Пиджак на стул, туда же галстук, подхожу к кровати, любуюсь спящей девушкой. Красива. Чертовски красива. Даже ее раздражающая худоба сейчас мне кажется красивой. Тонкие щиколотки, бесконечно длинные ноги, вспоминаю шелковистость кожи. Хочу ее. Даже смертельно уставший, хочу ее. Наверное, я ее буду долго хотеть, не получается остаться в кровати на несколько дней, чтобы вытрахать из себя все, что нафантазировал за год. Кручу головой в разные стороны, сжимаю пальцами переносицу. Нужно все же поспать, новый рабочий день обещает быть таким же нудным, тяжелым. Раздеваюсь, иду к той половине кровати, где спал в прошлый раз. Ложусь, немного подвигаю девушку, она недовольно мычит, переворачивается на другой бок ко мне спиной. Смотрю в потолок, потом прикрываю глаза. Овец считать не приходится, я почти на грани сна и реальности, вздрагиваю от неожиданности. Диана вновь переворачивается, только теперь утыкается мне в шею. Я чувствую себя системным блоком, которого вынужденно перегрузили и теперь он вновь работает. Меня штырит от ее запаха, от ее дыхания.
Поворачиваю голову, малышка продолжает спать, не подозревая, какие будит во мне мысли. Что если взять ее спящую? Такого у меня опыта не было. Осторожно, чтобы ее не разбудить, меняю положение тела. Рука ложится на ее бедро, медленно ползет под свободные шорты, сжимаю ягодицу. Трогать ее для меня сейчас наслаждение вперемешку с мукой, слишком тяжело мне дается контроль над собой. Мне хочется не просто потрахаться, мне хочется видеть ее глаза и в них отражение себя. Слышать ее стоны, свое имя. Каждую ночь, каждый раз, когда я прикасаюсь к ней. Мне ее ничтожно мало, хочу испить ее до дна, заставить распасться на мелкие молекулы, умереть и возродиться от моих поцелуев.
Целую кончик носа, перестаю сжимать ее попку, поднимаю руку и глажу спину. Смотрю на губы, после секундного колебания, прижимаюсь к ним. Диана дергается в сторону, но прижимаю к себе. Мое состояние не ускользает от ее проснувшегося сознания, замирает.
— Моя сладость, — шепчу в губы, облизывая их языком.
— Я вообще-то спала, — шепотом возмущается.
— Не надо было ко мне прижиматься, — беру ее руку и опускаю ладонь к паху. Широко распахивает глаза, зрачки полностью перекрывают радужку.
— Адам… — пытается одернуть руку, не позволяю. — Я еще не начала пить таблетки.
— У меня есть презерватив. Расслабься, я знаю, как сделать тебе хорошо.
— Не надо, — протестует, но я не слушаю ее. Диана оказывается на спине с широко раздвинутыми ногами, я нависаю над ней, блуждая горящим взглядом по ее шее, ключицам, останавливаясь на грудях.
— Адам, прошу тебя, — что просит, сама не знает, в глазах борьба рассудка с чувствами, дыхание учащенное, напряженная.
— Что ты просишь? Чего ты хочешь? — рука опускается вниз, втягивает живот. Встречаемся глазами, облизывает губы, да так эротично, что мне приходится сделать глубокий вдох, потом медленно выдохнуть.
— Расскажешь о своих желаниях? — приходится просто гладить ее ноги, следит за выражением лица, не упуская ни одной эмоции. Краснеет, точно что-то вспомнила. Ее глаза изучают сначала мое лицо, потом спускаются ниже, еще ниже. Я улыбаюсь.
Ее смущение забавляет, учитывая, что видел ее голой и мои руки, губы были повсюду. В этот раз не тороплюсь стащить с нее одежду, сдерживаю резкие порывы, внутреннее нетерпение. В какой-то момент понимаю, что нужно перевести дух.
— Поласкай меня, — тихо прошу, ложась на спину, Диана резко садится. Хлопает глазищами, языком облизывает уголки губ, косится на эрекцию в трусах.
— Ты хочешь минет?
— Не отказался бы, — краснеет, отводит глаза в сторону. — Не настаиваю. Просто потрогай меня, погладь. Делай все, что хочешь.
