— Мы не победим, пока не обезглавим их армию, — настаивала она. Гусик, совершенно опустошенный после встречи с прибывшими военачальниками, едва слушал, что говорила сестра, но ее уверенный тон заставил его насторожиться. Они с Ианом только несколько дней назад вместе, по очереди, читали письмо от Иорвета. Тот сообщал, что к началу весеннего семестра собирался вернуться в Оксенфурт. Университет за зиму так и не был распущен — кроме медицинского факультета, а во Флотзаме жизнь входила в обычную колею — на реке пошел лед, и губернатор готов был заново открыть судоходство. Для тех, кто пережил самый первый удар и выжил, война уже казалась выигранной. Иан размечтался даже, что сам поедет в Оксенфурт, убедившись, что Гусик не собирается геройски погибнуть в предгорьях Махакама. Друзья договорились, что принц приедет к нему после заключения мирного договора, а в конце семестра Иан сам вернется в Вызиму, чтобы продолжать занятия с Кейрой. И Фергус уже успел поверить, что они озвучивали не несбыточные далекие мечты, а ближайшие планы — но тон сестры заставил его засомневаться.
— В этом нет необходимости, — возражала Цирилле Анаис, — Каэдвен, как и ожидалось, капитулировал, Адде хватило помахать у них перед носом портретом Радовида. На юге Саския терпит одно поражение за другим — Фергусу, возможно, даже не придется вмешиваться. Может статься, что к середине весны ей просто некого будет двигать через Махакамскую гряду. Мы победили, Цири!
Цирилла, продолжая хмуриться, покачала головой. Фергус знал, что Геральт связывался с ней гораздо чаще, чем с королевой, она постоянно получала донесения от кого-то, чьего имени не раскрывала, да и сама сестра надолго удалялась из дворца, просто исчезая из внутреннего двора. Она вела собственную игру, слишком похожая на их отца — и на второго своего отца, раз уж на то пошло.
— О победе говорить еще очень рано, — возразила она, — пока жива Саския, под ее знамена будут вставать все новые силы. Мы сломили первое сопротивление, но я знаю, что она в последнее время ведет переговоры с Ковиром. Тамошние маги, впервые увидев мощь и влияние Филиппы во всей красе, испугались, что вслед за Каэдвеном Адде вздумается присоединить к своей империи еще одну провинцию. До сих пор чародеи, обосновавшиеся там после гонений Радовида, держали нейтралитет, но им куда больше улыбается вступить в армию королевы-освободительницы, чем быть захваченными той, чей супруг жег и пытал их.
— Но их сил не хватит, чтобы противостоять Нильфгаарду, — возразил Гусик, — мы тоже пока не продемонстрировали всю свою мощь.
— Верно, — кивнула Цири, — но, если в игру вмешается Ковир, Редания окажется в положении Аэдирна и вынуждена будет воевать на два фронта — и тогда мы лишимся поддержки Филиппы и войск Адды. А еще хуже — твоя сестра, Ани, может прикинуться дипломатом, и заключить союз с Ковиром против нас.
— И что ты предлагаешь? — заметно сникнув, спросила Анаис — она так привыкла, что старшая сестра была ее союзницей, не раз приходившей на помощь, что теперь юной королеве было сложно поверить в грядущее предательство, но Цири была права.
— Необходимо убить Саскию, — твердо ответила Цирилла.
Над столом повисла напряженная тишина.
— А ты не боишься, Ласточка, что смерть королевы только навредит? — подал голос до сих пор хранивший молчание Ламберт, — ее объявят мученицей, павшей героиней, и это заставит ее солдат биться еще отчаяннее.
— Нет, — Цири покачала головой, — один из моих агентов — я уж не знаю каким чудом — втерся к ней в доверие так надежно, что был объявлен одним из ее советников, и он сообщает, что у Саскии нет ни наследников, ни преемников. Она полагается только на себя, и все переговоры ведет лично. Ее приближенным не удастся заключить тех союзов, которые может заключить она только силой своей личности. Кроме того, в ее окружении хватает предателей. Если убрать королеву, вся партия посыплется. Если после этого ее солдаты захотят отправиться на верную гибель в объятия Фергуса и его войск с именем Саскии на устах — так тому и быть.
В бесконечных и бесплодных спорах прошел еще целый час, и под конец Гусик уже перестал следить за аргументами — Цири осталась без поддержки, но неубежденной.
Принц нашел Иана в бывшей регентской спальне — юноша, тихо напевая себе под нос, укладывал книги в большой дорожный сундук — до его отправки в Оксенфурт оставалось еще два дня, но юноша не мог сдержать нетерпения.
— Гусик! — приветствовал он друга с озабоченным видом, — как ты думаешь, в Оксенфурте сейчас можно найти приличные сапоги или все ушло на обеспечение армии? А то книги не влезают, если взять запасную пару. А мантию мне выдадут? Я ведь всего лишь вольный слушатель, а не студент.
Фергус, не отвечая, прошел в комнату и присел на кровать, с улыбкой глядя на друга. День выдался сложным и странным, и его окончание принесло лишь новые сомнения и тревоги — но Иан, вслед за своим отцом, уже твердо верил в победу, и этой верой сложно было не заразиться.