Эльф непонимающе снова перекинул взгляд с Иана на Фергуса в поисках объяснений.
— Как ты меня узнал? — не смог побороть любопытство принц.
— Ну я ведь не слепой, — пожал плечами Эренваль, — и иногда рисовал вас, когда возвращался в Нильфгаард с отчетами. Сложно не запомнить лицо сына самого Императора… Я вот только не знал, что люди с возрастом меняют цвет. Удивительно.
Иан неразборчиво хрюкнул в ладонь, сдерживая усмешку, но Эренваль, ничего не заметив, задумчиво продолжал:
— Хотя волосы Шани в последнее время начали становиться серебристыми… Я мог бы догадаться, что это возможно.
— Боюсь, Эренваль, взрослея, люди не меняют цвет, — на грани с насмешкой, но торжественно-серьезно заметил Иан, — они только седеют от старости… как и профессор Шани.
Эренваль растерянно моргнул, будто попал из темноты на яркий солнечный свет.
— Глупости, — заявил он с достоинством, — профессор не стареет, и новый цвет волос выглядит на ней очень… благородно.
Мальчики переглянулись. Фергус понятия не имел, о ком идет речь, но на лице Иана вдруг появилось странное печальное выражение, словно он вспомнил о чьей-то болезни или о неминуемой беде.
— Увы, — на этот раз Иан говорил совершенно серьезно, без капли насмешки, — но профессор все же стареет. Когда мы с ней познакомились, она уже была очень взрослой, а с тех пор прошло целых семь лет. Для людей — это долгий срок. Не знаю, сколько ей лет сейчас, но, боюсь, очень скоро ее волосы окончательно станут серебряными, а потом…
Он опустил глаза, и Фергус прекрасно понял, что друг имел в виду. Неведомую Шани, которую почему-то вспомнил Эренваль, ждала та же участь, что и всех людей — что и самого Фергуса — смерть от старости, если болезни и раны не заберут ее раньше. Думать об этом принцу совершенно не хотелось, он и сам знал, что такое старение. Его мать за последние годы изменилась, превратившись из легкой улыбчивой девушки в зрелую женщину, чуть отяжелевшую после рождения двоих детей, в золотых волосах появлялись нити седины, и в ней прикосновение времени чувствовалось куда сильнее, чем в отце, который на памяти Фергуса никогда не бывал молод. И знать, что оба они окончательно одряхлеют и умрут, а принц станет тому свидетелем, было слишком страшно, чтобы всерьез об этом думать. Но вот до Эренваля простой факт того, что люди смертны, похоже, дошел только что, и он был шокирован, как маленький ребенок, осознавший впервые, что все, кого он любит, и он сам рано или поздно умрут.
— Нет, — решительно тряхнул он головой и заговорил с неожиданным жаром, — профессор — блестящая целительница. Она спасла от смерти стольких — и людей, и эльфов. Уж со своим старением она что-нибудь придумает.
Иан пожал плечами и отвернулся. Он, казалось, уже забыл, зачем нагнал Эренваля, смущенный и расстроенный этой беседой. И Фергус решил перехватить инициативу.
— Эренваль, ты не мог бы провести нас в Университет? — попросил он очень вежливо, хотя знал, что мог бы приказать, раз эльф узнал его.
Эренваль встрепенулся, посмотрел на юношу сверху вниз, изобразил услужливую улыбку.
— Нет ничего проще, ваше высочество, — заявил он, — следуйте за мной.
— Только, пожалуйста, — шепнул эльфу Фергус, когда втроем они пересекали мост, — для всех меня зовут Гуус. Не надо этого «ваше высочество», ладно?
Эренваль рассеянно кивнул.
Через пост охраны они прошли без проблем. У обгорелого пня эльф снова вежливо склонил голову перед принцем, но вовремя одернул себя.
— Мне нужно идти, — сказал он, — всего хорошего, ваше… Гуус. Привет родителю, Иан.
— Он никогда не называет меня Ианом, — шепнул эльф спутнику, когда Эренваль удалился куда-то в сторону главного здания университета, — видимо, у него и правда что-то случилось.
— Кто такая Шани? — в ответ шепнул Фергус, и Иан печально улыбнулся.
— Декан медицинского факультета, очень добрая женщина, мой друг, — ответил он, — и Эренваль влюблен в нее по уши с тех пор, как я знаю их обоих. Но, боюсь, и сам этого не понимает. Народ Звезд, что с них взять?
Фергус понимающе покачал головой. Ситуация была и впрямь неприятная, но задумываться и переживать о ней дальше у мальчишек не было времени.
Библиотека располагалась в отдельном корпусе, и, чтобы добраться до нее, мальчикам пришлось пересечь площадь, пройти сквозь высокую арку главного здания Университета и миновать оранжерею. На них никто не обращал внимания. Фергус был все еще одет как обычный студент, и легко смешивался с местными обитателями, а к Иану, видимо, все давно привыкли. Он был сыном единственного профессора-эльфа, и это было хорошо известно.
У самого здания хранилища юноши остановились. Тяжелые двери были закрыты, но никакой серьезной охраны здесь не наблюдалось. Вероятно, считалось, что стражи у ворот самого Университета было достаточно, и никому из допущенных в эти священные научные кущи не придет в голову грабить Библиотеку.
— Думаю, хранитель сидит внутри, — рассудил Фергус, — и я мог бы отвлечь его, пока ты ищешь нужную секцию.