Со своего места он видел, как Иан раздевается. В отличие от друга, юный эльф избавлялся от одежды неторопливо, стягивая с себя одну вещь за другой так медленно, словно иногда забывал, зачем пришел. Принц подумал, что стоило предложить другу помощь — тот очень устал в дороге, и сейчас мог поскользнуться на мокром полу, упасть и разбить голову, но что-то остановило юношу. Иан стоял к нему спиной, уже без рубахи, и непослушными пальцами воевал с завязками на своих штанах. Сидя в воде и чувствуя, как утомленные мышцы постепенно расслабляются, Фергус видел, как двигаются четко очерченные лопатки друга под светлой, чуть золотистой кожей. Иан, как и все эльфы, был очень стройным и словно слегка вытянутым вверх, пропорции его тела немного отличались от человеческих. Принц и прежде, конечно, видел его голым, но только сейчас смог по-настоящему рассмотреть — украдкой, не желая смущать Иана слишком назойливым взглядом.
Казалось, в грудной клетке юного эльфа было на одну пару ребер больше, чем у Фергуса, и от того узкий точеный корпус казался еще длиннее. Иан был сложен ладно, его тело, даже не до конца сформировавшееся, уже отвечало всем художественным стандартам, принц мог бы писать с него фигуры эльфских королей древности, почти не привирая и не приукрашивая реальность. По плечам Иана была разбросана горсть мелких темных веснушек, они опускались вниз по тонким звеньям позвоночника до самого крестца, и принц подозревал, что такое же созвездие обнаружилось бы и на ягодицах друга. Через мгновение, когда Иан наконец победил завязки, Фергус получил подтверждение своим догадкам. Юноша в последнее время начал замечать, как на его собственной груди, в подмышках и в паху начала пробиваться жесткая, хоть и совершенно бесцветная растительность. Тело же Иана было абсолютно гладким, без единого волоска, словно отлитым из светлого фарфора, и от внезапного желания прижать ладонь между его лопаток, провести вниз к пояснице, чтобы проверить, такая же ли его кожа гладкая наощупь, как на вид, Фергус почувствовал, как внизу живота снова наливается знакомый постыдный томный комок.
Он поспешил отвернуться, когда Иан неторопливо подходил к бадье и залезал в воду, благодаря судьбу за то, что воздух в купальне был горячим и влажным, и за этим можно было скрыть, как вспыхнули от смущения щеки принца. Юный эльф устроился рядом с ним, не спеша тянуться за мылом, выставил наружу локти, опираясь о края бадьи, и, откинув голову, вздохнул.
— Как я устал, Гусик, — пробормотал Иан, — вот бы сейчас лечь в постель и проспать до послезавтра. Но ведь госпожа Йеннифер захочет со мной поговорить, наверняка. Я тебе рассказывал, как сбежал от нее, чтобы уехать с родителями в Оксенфурт?
— Угу, — ответил Фергус, не зная, как половчее отодвинуться от друга, чтобы тот ничего не заметил и не обиделся. Они сидели в воде слишком близко, и принц понимал, что сбежать сейчас у него не получится — Иан тогда непременно заметит позорную реакцию тела юноши на свою близость.
— Я потом узнал, что она уехала из Корво-Бьянко через неделю после нас, — продолжал рассуждать Иан, — и думал, что это из-за меня. Когда мы вернулись к Геральту, он был совершеннейшей развалиной. Тосковал по ней, должно быть. Хорошо, что теперь они снова вместе.
— Угу, — ответил Фергус, трудно сглотнул. Иан заметил его поведение и с тревогой повернулся к другу.
— Ты в порядке? — спросил юный эльф, придвигаясь еще немного ближе, и принцу пришлось неловко развернуться боком, чтобы побороть желание прижать юного эльфа к своей груди. — Что это?! — теплые пальцы коснулись плеча юноши, а в голосе Иана зазвучала неприкрытая тревога — и Фергус в первый момент даже не понял, из-за чего.
Он рассадил кожу на плече, пока выпрыгивал из огня горящего дома, и сперва даже не обратил на это внимания. Потом, когда они уже оказались в доме у Шани, плечо начало немного побаливать, рука поднималась не до конца, и спать на этой стороне было неудобно. Но на фоне всего произошедшего ранение Фергуса казалось таким незначительным, что он и говорить о нем не стал. И через пару дней боль полностью прошла — а ссадина, видимо, осталась. Юноша глянул через плечо на друга. Лицо Иана выражало такое беспокойство, будто спина Фергуса оказалась вспорота от шеи до задницы, не иначе.
— Все в порядке, — заверил он юного эльфа, — уже не болит.
— Почему ты не показал ее Шани? — пальцы Иана теперь аккуратно поглаживали кожу принца вокруг ссадины, посылая по телу юноши болезненно-сладкую дрожь.
— Она занималась твоим отцом, — ответил Фергус, испытывая необоримую необходимость откашляться, — а это — просто царапина.
— Она могла загноиться, — настаивал Иан, не переставая гладить, чтоб ему пусто было, — и тогда на Пирожке пришлось бы отправлять в Вызиму тебя.
— Все хорошо, — отозвался Фергус, но тон его уже выражал ровно противоположное. Юноше хотелось одновременно отпрянуть прочь и прижаться к ладони Иана сильнее, позволяя ему превратить заботливые касания в настоящие ласки. — Ничего не загноилось, видишь?