– Вам позвонят, как только документы будут оформлены. – Марта снова отошла к перилам, окончательно давая тем самым понять, что аудиенция окончена. – Всего хорошего, господа! – Ее изящные пальцы снова потянулись к вискам. Определенно, эта ночь была для Марты очень тяжелой.
Мирон заговорил, когда они неспешным шагом шли по аллее. Точнее сказать, это Харон шел неспешным шагом, а парень все время рвался вперед, как сорвавшийся с поводка охотничий пес. Харон его понимал, но подобную спешку не одобрял.
– А ты, оказывается, мастер придворных интриг, – сказал Мирон саркастически. – Не знал, что ты умеешь так витиевато изъясняться.
– Поживешь с мое, тоже научишься. – Харон присел на стоящую под старой липой скамейку. Мирон плюхнулся рядом. – Ни к чему привлекать к этому делу посторонних. Мы найдем ее сами. Ты в самом деле веришь, что она не могла далеко?
– В том состоянии, в котором она находилась? Уверен.
– Хорошо. – Мирон уронил вихрастую голову в раскрытые ладони, тихонько застонал, а потом спросил: – Почему она ушла? Почему не дождалась меня? Она ведь знала, что я рядом, что присматриваю.
– Может быть, растерялась, – предположил Харон. – Или вспомнила кого-то из своего прошлого. Кого-то, на чью помощь могла рассчитывать.
– И что? Как она связалась с этим… из своего прошлого? Информационный детокс. Ты забыл?
– Я не забыл. – Харон посмотрел на него с жалостью. – Информационный детокс не действует за пределами усадьбы. Она могла поймать попутку. Могла попросить мобильный у водителя.
– Ты хочешь сказать, она могла сесть в машину к первому встречному? Ночью? – Мирон выглядел злым и отчаявшимся. Харон не понимал причины ни первого, ни второго.
– Не забывай, с ней Цербер, – напомнил он.
– Призрак? Такая себе защита от маньяков.
– В Гремучей лощине бояться нужно не маньяков, а упырей.
Харон проводил задумчивым взглядом совершающую ранний променад парочку. И на мужчине, и на даме были довольно часто встречающиеся здесь золотые маски – дополнительная защита от любопытных глаз и гарантия приватности. Если разобраться, это весьма удобно. Легче всего затеряться в людском скопище под золотой личиной. И человеку, и упырю…
Наверное, Мирон думал о чем-то похожем, потому что сказал:
– Астра не носила маску. Разгуливала тут с открытым забралом, словно ей нечего бояться. Жрала народ направо и налево и не стеснялась. Поразительной открытости была тварь. – Он вдруг замолчал, а потом взгляд его остекленел, а челюсти сжались. – Милочка говорила, что слышала ночью в лощине женский крик.
Харон тут же понял, куда он клонит.
– Это была не Лера, – сказал он твердо. – С ней был Цербер.
– Почему он тогда не выходит на связь, а? Что ему стоит появиться тут, мигнуть пару раз глазюками?
– Может, дело в расстоянии? – предположил Харон. – Мы же не знаем, на какое расстояние он может телепортироваться. Если Лера воспользовалась попуткой, то вполне вероятно, что она уже достаточно далеко отсюда. Кстати, отсутствие Цербера – это еще одно подтверждение, что Леры уже нет в усадьбе. В противном случае, он бы давно объявился. Мне кажется… – Договорить ему не дал оживший мобильный. Документы на выписку были уже готовы, оставалось только поставить подпись, чтобы снять с центра ответственность за пропавшую пациентку.
Как и обещала Марта, спустя четверть часа с формальностями было покончено. Подошло к концу и дежурство Мирона. Можно было уезжать из Гремучего ручья. Харон на своем катафалке выехал первый, следом двинулся Мирон. Дальнейшие переговоры состоялись уже на старой дороге – в том самом месте, где Харон когда-то нашел Леру.
– Где нам ее искать? – задал Мирон мучавший его все это время вопрос.
– Не думаю, что она местная. – Харон рассеянно изучал окрестности. – А куда отправится человек, который оказался в чужом городе с парой тысячных купюр в кармане?
Мирон молчал, ждал продолжения.
– Он будет искать возможность уехать из города. Поэтому, мне думается, начинать поиски нужно с вокзала.
– Это если сбросить со счетов автостоп и попутки, – сказал Мирон мрачно.
– Она не в том виде, чтобы ловить попутки, – парировал Харон.
– А мы уже исключили возможность посттравматической амнезии?
– Не исключили, но нам нужно с чего-то начать. Я поеду на вокзал. Хочешь со мной?
– Нет. – Мирон вглядывался в дебри оврага. Вид у него был несчастный и измученный. – Но ты езжай.
– А что собираешься делать ты? – спросил Харон.
– А я собираюсь лечь спать. – Парень тряхнул головой, словно прогоняя дрему, и побрел к своей машине.
Леру мутило. Оказалось, что ее организм еще не готов к приему такого количества пищи. Интересно, как ее кормили в том чертовом центре: по вене или через зонд? В горле вдруг засаднило, подкатила тошнота. Похоже, через зонд…
Приступ тошноты исчез так же быстро, как и начался. Кажется, ее бедное тело начало понемногу адаптироваться к новым реалиям. Захотелось кофе. Просто невыносимо захотелось! Кофе через зонд в нее точно не вливали, значит, та чашка, которую она прямо сейчас себе сварит, будет первой за несколько недель.
