Никита, находившийся ближе всех к позициям противника, внимательно осматривал их и по наблюдениям спустя минут двадцать британцы уже расслабились, видимо, списав шум на случайность и настолько рьяно уже не ожидали какого-то подвоха.
Я подумал, хорошенько все взвесив, и решил: — А почему бы и нет!
И медленно стал приближаться по-пластунски к позициям противника. За мной цепочкой бесшумно двигались наши бойцы. Каждые пару метров мы замирали, вслушиваясь в тишину, конечно, абсолютной бесшумности не было — да и откуда она возьмётся в осаждённом городе, находящемся постоянно в напряжении, в готовности отразить атаку буров? Но, тем не менее, ночного нападения вообще, или именно в эту ночь, англичане никак не ожидали. А я решил, что мы вполне себе можем попробовать провернуть что-то эдакое.
Британцы держали оборону за естественными укреплениями, они натаскали завалы из отработанной породы, которой было предостаточно вблизи города, и соорудили из них защиту на своих позициях. Насколько я знаю, в укреплении принимали участие и инженеры компании «Де Бирс» Сесила Родса, который тогда и взял на себя руководство обороной этого города, активно участвуя в защите его от бурских войск.
Если бы британцы нарыли по периметру окопов полного профиля, то, скорее всего, штурмовать город было бы крайне затруднительно, но в общий обиход такой вид обороны ещё не успел войти. Не перестроились пока полностью мозги военных стратегов от войн наполеоновских времён, когда солдаты двигались друг на друга стройными рядами, делая залпы куда-то в ту сторону.
Но прямо сейчас, на наших глазах, обе стороны военного конфликта отрабатывают новые тактики, которые, безусловно, будут использоваться в будущих войнах — и не только в Африке.
Приблизившись к укреплениям метров на пять, я стал наблюдать за британцами, которые, расслабившись, развалились на отдых. И, похоже, часть из них просто-напросто дрыхла. Было несколько бдительных солдат, что продолжали всматриваться в темноту. Мы с Никитой, находившимся от меня метрах в двадцати, насчитали таких три особи.
Дождавшись, когда десять бойцов, кроме нас с Никитой, подползут на максимально близкое расстояние, я принял решение, что можно начать атаку — по возможности действую бесшумную. Мы с братом достали наши рогатки, в этот раз мы использовали свинцовые шарики, пробивающие обычную жестяную бочку с небольшого расстояния. Под рукой рядом находился ПР-92 с глушителем, которыми также были вооружены и остальные бойцы.
Одновременно мы выпустили по снаряду в головы бдительных британских солдат, не успели их тела упасть на землю, как полетели следующие, тем самым устранив всех часовых-наблюдателей. Шум от падения тел, видимо, привлёк англичан, отдыхавших за укрытием, но, не слыша звуков выстрела, первое время они не могли сообразить, что происходит. Да и, видать, поднявшись ото сна, не слишком быстро анализировали сложившуюся обстановку.
Времени от растерянности британцев нам хватило для того, чтобы максимально сблизиться с их позициями.
В дело пошли ножи, нужно было во что бы то ни стало постараться ликвидировать этот пост, не привлекая лишнего шума. Конечно, стрельба из пистолета с глушителем, который на данный момент, вероятнее всего, является неизвестным приспособлением для большинства здесь присутствующих вояк, могла и не привлечь особого внимания, но рисковать не хотелось.
Мы практически синхронно влетели в укреплённые позиции британцев, часть из которых в это время только продирала глаза, пытаясь сообразить, что, чёрт возьми, происходит. Не дали мы им времени это сделать. Ножевому бою ребята из «Белого ветра» были обучены на довольно высоком уровне. Хватило буквально нескольких секунд, чтобы пост британцев, контролировавший этот участок обороны Кимберли, перестал существовать.
Всего мы насчитали девятнадцать англичан, одного из которых при этом оставили в живых. Олег с Николаем в этот момент засовывали ему в рот кляп, предварительно связав руки кожаным ремнём. После короткого допроса англичанина оказалось, что посты британцы меняют каждые три часа, и следующая смена произойдёт приблизительно через два.
— Через два…! — я глянул на свои часы. — А что, может и получиться! — подумал я и дал команду нашим бойцам на переодевание.
Мы стали спешно стаскивать с британцев их форму, складывая её рядом, а тела в одном лишь нательном белье сбрасывали в небольшую яму возле поста, чтобы со стороны белые рубахи да кальсоны не привлекали излишнего внимания.
И вот часть отряда была переодета во вражескую форму. Оружие менять не стали: всё-таки сейчас ночь, и разглядеть модель винтовок будет достаточно нетривиальной задачей.
Я облачился в форму майора, в британской армии того времени именно это звание было характерно для командования небольшими подразделениями. Из сведений, полученных от допрашиваемого, мы выяснили то, что в мою голову принесло завиральную идею, способную резко поменять весь расклад текущей ситуации на фронте.
