Скорей всего, он также был изображен на фотороботе, составленном после стрельбы у SEB-банка в ноябре. Полиция считала его руководителем той акции. По их мнению, он, вероятно, являлся
Сейчас же он благодаря коротким пояснениям, которыми были снабжены все снимки, по крайней мере обрел имя.
Амид.
Она потерла руки, чтобы согреть пальцы, и, достав еще одно одеяло, накрыла им колени, а потом выложила три фотографии друг против друга на экране. Амид выглядел наименее опасным из всех. Или, по крайней мере, наименее угрожающем, если учесть, что все трое были сейчас ее главными противниками. Правыми экстремистами. Нацистами. Она уставилась на их изображения. Амид тоже постоянно ходил в костюме, хотя и не в таком элегантном, как двое других. Своими тонкими чертами он немного напоминал женщину рядом с ними. И фактически имел небольшое сходство с Саманом, с которым она общалась во время расследования осеннего инцидента. Он выглядел достаточно дружелюбным.
Однако Линн знала, что внешность обманчива. Ведь именно он искал ее дома. Однако мог ли он также прислать Клару, чтобы нагнать на нее страху с помощью муляжа бомбы? Или приходил похитить ее, а потом позволил Росомахе похитить Кайю взамен, с целью заманить ее в ловушку?
Но зачем? Чтобы поставить на колени? Заставить отречься от своих убеждений и разместить видео- или фотоотчет об этом на каком-нибудь форуме?
Она полистала другие фотографии в своем телефоне. У Росомахи была личная проблема. Арестованная сестра. Может, он отказался сотрудничать с датчанами, несмотря на все договоренности, и за это они убили его? Пожалуй, похожий на военного с фотографии. Во всяком случае, по телосложению он очень напоминал субъекта в кепке с записей камер наблюдения из отеля «Терминус».
Тот находился там по заданию Ульв А/С вместе с темноволосой женщиной.
Голова гудела. Казалось, красные шторы опустились перед глазами. Люди из Ульв А/С пытались застрелить ее год назад. Эта организация также помогала Йоргену Кранцу, похитившему ее, и Коскинену, чуть не забившему до смерти несколько месяцев спустя.
А сейчас они вернулись снова. И речь больше не шла об АФА. Или сестре Росомахи. Или даже о Кайе.
Их интересовала она сама.
Лично.
Все начиналось с нее.
И никто другой не мог этого прекратить. Только она.
Одна.
Конечно, они сейчас действовали на авось. Но у них не было выбора. Рикард сидел, втянув голову в плечи, на водительском сиденье припаркованной на Хантверкаргатан машины и вместе с расположившимся рядом Эриком наблюдал за пространством перед Стокгольмской ратушей.
Никто посторонний не знал о номере, на который Клара отправила сделанные в доме Линн фотографии. После задержания нацистки они даже решили не оформлять официально изъятый у нее телефон, чтобы как можно меньше народу знало о нем. Он и Луиса договорились в данном случае отступить от правил. В силу уникальности ситуации.
Согласно полученным от мобильного оператора данным, этот номер периодически включали на короткое время за последние дни. В последний раз несколько часов назад.
То есть когда Росомаха был уже мертв.
Значит, Клара контактировала не с ним. Они ошиблись. Кто-то еще в полиции явно приложил руку ко всей этой истории. И этот человек также позаботился о том, чтобы всю информацию о Росомахе засекретили. Его шеф.
Появления именно этого человека они ждали у ратуши. Ведь он наверняка уже получил их сообщение. Ложный сигнал о помощи, отправленный с анонимного мобильника. И подписанный настоящим именем Росомахи — Ругер Естанше, которое им случайно раскрыла его сестра, когда они задержали ее. В своем послании Росомаха, или Ругер, угрожал шефу, не знавшему о его смерти, разоблачением, если тот не поможет ему.
Судя по часам на приборной панели, им осталось ждать десять минут. Тишину в салоне нарушало только потрескивание динамиков. Луиса находилась на связи. Они слышали ее тихое дыхание. Все были наготове. Прокурор из группы специальных расследований ждал ее звонка. После установления личности они собирались сразу же провести обыск на рабочем месте подозреваемого.
Мужчина затормозил на одиноко стоящей парковке на Самуэль Оуэнсгатан в тени низкого здания XVIII столетия, где когда-то размещался Королевский монетный двор. Он сейчас находился в пятидесяти метрах от места встречи. Эту улочку, которая шла поперечно Хантверкаргатан и набережной Норр Меларстранд, мало кто знал. Немногие ходили по ней, вместо этого пользовались широким бульваром рядом с ратушей. Но ему требовалось закончить еще кое-какие приготовления. Поэтому он и выбрал такой маршрут.
