Присяжная прикрывает рот рукой, как будто слова вырвались у нее.
– Кто-то повалил его, – продолжаю я, – и медсестра снова включила аппарат искусственной вентиляции легких. Врачи сейчас выясняют, какой ущерб был нанесен моему отцу, пока он находился без кислорода.
– Справедливо ли будет сказать, что у твоего брата очень сложные отношения с отцом?
– Абсолютно, – подтверждаю я.
– Кара, ты знаешь почему?
Я качаю головой:
– Я знаю, что, когда мне было одиннадцать лет, они сильно поругались. Настолько сильно, что Эдвард собрал вещи, уехал и никогда больше с ним не общался.
– Когда твой брат назвал отца сволочью, он был зол?
– Да, – киваю я.
– У тебя есть какие-то сомнения в том, что он намеревался убить отца? – спрашивает Бойл.
Я смотрю на него в упор:
– Нет. И у меня нет никаких сомнений в том, что он сделает это снова, если представится возможность.
<p>Люк</p>В неволе волк может прожить одиннадцать или двенадцать лет, хотя я слышал, что некоторые особи живут даже дольше. Однако в дикой природе волку повезет, если он доживет хотя бы до шести. Уровень опыта и знаний, хранимый вожаком, незаменим, вот почему альфа бо́льшую часть времени остается в логове вместе с детенышами и отправляет других членов стаи патрулировать, охотиться и охранять территорию. Вот почему после гибели альфы многие стаи распадаются. Как будто центральная нервная система осталась без руководства со стороны мозга.
Так что же происходит, когда погибает альфа?
Первое, что приходит в голову, – продвижение внутри стаи. Возможно, бета, второй по важности после вожака, займет место бывшего босса. Но в мире волков все происходит по-другому. В дикой природе начинается поиск кандидатов. Одиноким волкам посылают зов, сообщая, что в стае появилась вакансия. Кандидатам будет брошен вызов, чтобы выбрать самого умного, надежного и способного защитить семью.
Конечно, в неволе такой поиск невозможен. И тогда принимать решения приходится животному среднего или низкого ранга, по натуре подозрительному и пугливому. Происходит катастрофа.
Время от времени в документальных фильмах показывают волков низкого ранга, которые каким-то образом поднимаются на вершину стаи, – омега заслуженно занимает положение альфы. Честно говоря, я в это не верю. Я считаю, что создатели этих фильмов изначально неправильно определили позицию волка. Например, вожак человеку с улицы обычно представляется смелой, властной и напористой личностью. Однако в мире волков такое описание соответствует рангу бета. Аналогично волка на позиции омега – робкое, нервное животное внизу иерархии – часто можно спутать с волком, который всегда идет сзади, настороженный и готовый к обороне, потому что пытается понять общую картину.
Другими словами, в дикой природе нет места сказкам и историям о Золушке. Скромный волк, который, казалось бы, на глазах поднимается на вершину стаи, на самом деле с самого начала был альфой.
<p>Эдвард</p>
