Поработаю на Виктора, накоплю немного денег, а там посмотрим…
В этот момент телефон беса завибрировал. Мужчина ответил.
– Шеф, кажется, мы что-то нашли, – громко пробасил Макс в трубку.
– Где?
– Правое крыло. Подойдете?
– Жди. Виталику тоже позвони.
Вскоре мы все впятером осматривали отработанный руночертеж. Нашли и следы крови, и пепел от сгоревших ингредиентов. По бокам чертежа сохранились огарки свечей. Это определенно было что-то важное. Кажется, мы нашли то, что так долго и упорно искали. Виктор приободрился. Взгляд его стал хищным, он постоянно втягивал носом воздух, как будто пытался учуять, что здесь произошло. Не учуял, конечно, бесы на это не способны – но машинально продолжал так делать.
– Это уже ближе к истине, – одобрительно промурлыкал он. – Так, обыскать помещение. Вдруг найдется какая-нибудь зацепка.
– Что конкретно мы ищем? – вновь повторил Виталий свой вопрос.
– Я не знаю, Виталик, что мы ищем, но мы обязаны хоть что-то найти. Я просто так отсюда не уйду. Давайте же, порадуйте меня хоть чем-нибудь.
Спорить с боссом никто не стал. Мы разошлись по разным углам, осматриваясь. Бес единственный остался стоять на месте. Он, бормоча что-то себе под нос, осматривал руны, водил пальцем в воздухе, очерчивая их. Не трогал, чтобы не смазать линии. Он двигался по часовой стрелке, всматриваясь в каждую руну, будто надеясь увидеть в них ответы.
Если честно, я восхищалась его упорством и настойчивостью. Сама бы никуда не поехала, думая, что ничего не возможно исправить, а значит, и пытаться бесполезно. Бес был не из таких. Он должен убедиться во всем лично и только тогда успокоится – и никак иначе.
Теперь я понимала, почему при своем низшем происхождении он добился таких вершин. Рыть землю, вгрызаться в нее зубами, но докопаться до истины – это многого стоит.
Хм, а что это?..
Мне пришлось сложиться в три погибели, чтобы залезть под обломки металлоконструкции, за которыми что-то блеснуло. Скорее всего, обычный стеклянный осколок, но лучше убедиться.
Кажется, не просто осколок!
Сердце оглушительно затрепетало в груди, когда пальцы обхватили что-то округлое.
– Смотрите. – Я протянула на ладони фиолетовый флакон.
Запечатанный.
– Слезы арахны… – негромко сказал Виктор. – Едва урвал на черном рынке, – пробормотал он еще тише. – Это точно принадлежало мне, а потом Платону. Получается, он не использовал их… что это означает… думай же…
– Хм, слезы арахны? Что-то знакомое. – Кира поморгала, поморщилась; видимо, давали знать о себе головная боль и недосып. – Босс, кажется, я о них говорила. Ну, в тот раз… когда…
– Прекрати ходить вокруг да около! – раздраженно рявкнул бес. – Говори еще раз.
– Помните, вы попросили вместе с вами прошерстить бумаги по редким составляющим для проведения ритуалов? – Кира взволнованно облизала губы.
– И?
– Я дословно не вспомню, но вроде как слезы арахны нужны для цементирования ритуала. Лучше, конечно, свериться, я могла перепутать. Голова трещит, я сейчас имя-то свое едва назову, – пожаловалась чертовка, прикладывая указательные пальцы к вискам.
– Цементирование… – Бес сглотнул. – Макс, срочно в машину. Достань мой портфель, там есть записи. Какой же я молодец, что взял их с собой.
Громила метнулся за искомым, а я непонимающе сощурилась. Ритуальные составляющие были несколько сложнее зелий, в них я разбиралась хуже, поэтому не сразу уловила смысл сказанного. Что нам с этого цементирования, которое Платон забыл применить?
В голове вертелась догадка, но такая слабая, что уставший от бесконечного дня и переживаний мозг никак не мог за нее ухватиться. Я физически чувствовала собственную ущербность.
Вскоре Виктор сверялся с исписанными листами бумаги. Прочитав одну из строчек, он кинул на Киру одобрительный взгляд. Даже не просто одобрительный, а как будто восторженный. По крайней мере, взгляд этот разительно отличался от всех прежних.
Нет, у них определенно что-то происходит. Зуб даю. Пусть бес сколько угодно отбрыкивается, но между этой парочкой аж искрит!
– Слезы арахны делают любые изменения недопустимыми, закрепляют ритуал навечно, – сказал Виктор.
И тут до меня дошло.
– Если Платон их не использовал, значит… ритуал можно отменить?!
– Кажется, так. – Бес и сам выглядел ошеломленным, но быстро смахнул с лица нетипичное для себя удивление и осклабился. – Я же говорил, что найду какую-нибудь зацепку! Эта рыбка будет моя, никуда она от меня не денется.
– Слушай, я устал, – внезапно вклинился Виталик. – Или ты сейчас же объясняешься, что за рыбка и когда ты успел заняться рыбалкой, или я иду домой. Как ты понимаешь, я догадываюсь, что рыбка у тебя метафорическая. Все остальное – подробнее.
Виктор оглянулся на остальных свидетелей, но внезапно отмахнулся.
– Ладно уж, сейчас объяснюсь. Все равно так или иначе узнаете.
Он не стал углубляться в детали, но имя Платона произнес вслух, рассказал и о Нику Альбеску, и о том, что тот забрал его в теле Серпа Адрона, заключив с ним сделку. Про ритуал, про свои тайные встречи с Платоном в клубе.
