Я была уверена, что кто-то сейчас наблюдает за мной, может, даже я в сей момент на «мушке» у безжалостного киллера. Всё, песенка моя спета. Машину я водить не умею, а бежать к трассе даже не стоит пытаться. Догнать меня и убить – ему или им что с горы скатиться.
– Сундуков, вернись сейчас же! – заорала я, представив в красках картину расправы над собой. – Вернись! Или заберите меня с собой, – добавила я жалобно.
Из-за угла выплыли Сундуков и Воронков. Оказалось, они вовсе не намеривались меня бросить на произвол судьбы. Почувствовав себя в относительной безопасности, я опять заистерила:
– Убью! Как ты посмел мне жизнь поломать? Они теперь его убьют, – набросилась я на Игоря и попыталась заехать кулаком в его самодовольную физиономию. Он перехватил мою руку, и я от бессилия разрыдалась.
Обратно я возвращалась с Сундуковым. Юрину машину взялся доставить в город Воронков.
– Поверьте, я сделал так, как надо, – оправдывался Игорь.
Я отвернулась к окну и тупо смотрела на дорогу. Как он мог со мной так поступить? Вот она, черная неблагодарность в чистом виде! Мой муж ему доверял. И я как верила, что он мне помогает! А он ментам продался, выслужиться захотел.
– Вы бы видели, как он зашел в корпус, огляделся по сторонам, а потом стал биться о колонну. Умрешь со смеху! Самого себя трудно травмировать, а Петрову позарез надо было оставить следы насилия на своем лице.
– Что ты такое говоришь?! Зачем это ему нужно? – возмутилась я. – Он шел отдать деньги, и ты об этом знал. Вы даже не удосужились прочесать территорию базы, может, похититель или похитители до сих пор там.
– Да никого там нет и не было. Петрову нужны были деньги, и он их достал. Теперь он перед тобой разыграл бы разбой с мордобоем. Вышел бы весь в крови, сказал бы, что его ограбили, забрали деньги, а самого чуть не убили. А вы бы его еще пожалели. В полицию обратились бы?
– Не знаю! – Я и правда не знала.
– Звонки бы прекратились, ну, может быть, еще раз он позвонил бы и сказал, что вы сами виноваты.
– Да в чем? Мы ведь все сделали, как он говорил.
– Едем домой, ничего вы не поняли, Марина Владимировна! Сегодня уже поздно, а завтра расколют вашего Петрова, как миленького, – угрожающе произнес Сундуков.
– Игорь, я ничего не понимаю. Как расколют Петрова? Где Олег?
– Я этого еще не знаю, но надеюсь, ваш Юра знает.
Понемногу до меня стало доходить, что имеет в виду Сундуков. Но поверить в то, что Петров каким-то боком причастен к исчезновению моего мужа, я категорически не могла. Нет, это бред, больное воображение Сундукова. Этого не может быть, потому что не может быть никогда! Юра самый преданный и честный сотрудник в фирме моего мужа. Он стоял у самых истоков бизнеса, и ни я, ни Олег не поверим, что такой человек способен на предательство.
Дома мы появились только в десять вечера. Я прошмыгнула в свою комнату и залегла там, не отвечая на просьбы Вадима выйти поужинать. Потом стучал Игорь с желанием поговорить, но и ему я тоже не ответила.
Все рухнуло в один миг. Я так надеялась на этот день. Верила и ждала, что сбудутся предсказания гадалок и мой Олег вернется домой живой и невредимый. Черт с ними, с этими акциями и деньгами, ведь не всегда мы были обеспеченными, и в те далекие годы совсем не чувствовали себя обделенными. «Где он? Живой ли?» – в сотый раз я задала себе этот вопрос.
Думать о Юре я не могла и не хотела. Версия Сундукова меня совершенно не устраивала. Не хотела я понимать его логических доводов, мне они казались дикими и надуманными.
В какой-то момент я вспомнила о Татьяне, Юриной жене. Нужно обязательно позвонить ей и рассказать, в какую неприятную историю благодаря мне попал ее муж, наверняка ей никто не сообщил, где он сейчас находится, и она волнуется.
Я бесшумно выползла из спальни и проскользнула в прихожую за телефоном, который оставила в сумке. В квартире было тихо: у Вадима в комнате свет погашен, он рано ложится спать, и Санька давно уже дрых, Сундуков после безрезультатной попытки поговорить со мной куда-то ушел, я слышала, как хлопнула входная дверь, ну и бог с ним!
Я набрала номер Татьяниного телефона. Трубку она взяла сразу, как будто только и ждала моего звонка.
– Алло.
Мне, конечно, нужно было подготовиться к разговору, а я поддалась эмоциям и не подумала, как обо всем скажу Юриной жене. А новость, что и говорить, была неприятная. Я замялась, подбирая слова:
– Таня, это я, Марина. Я должна тебе сказать…
– Я тебя слушаю, – холодно ответила Татьяна.
– Таня, случилось несчастье. Юру отвезли в отделение. – На другом конце провода молча переваривали мои слова.
Бестолочь! Ну что я такое говорю?
– Нет, не думай, что в отделение больницы, его отвезли в отделение полиции, – вот уж не знаю, какое отделение в данном случае лучше, больничное или полицейское.
