Ну, конечно! Может, Элен и ошиблась насчет того, что Джеймс – всего лишь плод воображения Дианы, но дала очень мудрый и добрый совет. В груди вдруг вспыхнула надежда: вот с кем она без стеснения поделится. Элен ее не осудит. Она женщина мудрая, опытная. Тоже вдова солдата, и у нее тоже есть дочь. Диана инстинктивно поняла, что только цветочница сможет придумать, как познакомить Стеллу с отцом.
Завтра она первым делом отправится в кафе Армана, чтобы спросить мнение Элен.
Двадцать минут спустя в ресторане, радуясь принятому только что решению и слегка трепеща от предстоящей встречи с Джеймсом, Диана прошла к указанному официантом столику и взглянула на часы: в запасе еще есть немного времени.
Она хотела попросить газету, но вдруг вспомнила, что в сумочке лежит конверт.
Элен спешила сдать утреннюю выручку, пока банк не закрылся на обед, и вдруг увидела впереди Диану: молодая женщина перешла через дорогу и скрылась в дверях «Ля Петит Мезон».
Элен резко остановилась. «Прочитала англичанка письмо или нет? Конечно, нет!» В противном случае сегодня утром она немедля прибежала бы на цветочный рынок – в этом Элен была уверена. К тому же она успела заметить счастливое – если не мечтательное – выражение лица Дианы.
«Нет, письма она не читала».
Будучи женщиной с прекрасно развитым чутьем, Элен сразу поняла, зачем Диана пришла в ресторан.
Там она встречается с
Элен тотчас забыла о банке, резко развернулась и едва не бегом побежала обратно к цветочному рынку. Арман должен пойти с ней в «Ля Петит Мезон», и немедленно. Возможно,
Нужно спешить.
Диана опустила последнюю страничку письма Элен на стол и уставилась на свое отражение в зеркале на стене. Кровь отлила от лица, на губах ярким пятном алела помада.
Ее словно обухом ударили. Перед глазами заплясали черные точки, к горлу подкатил ком, и она ухватилась за край стола, чтобы не упасть. В голове яркими неоновыми буквами светились разрозненные фрагменты письма.
Она с ужасом поняла, что с самых первых строк ни на минуту не усомнилась в правдивости написанного. Ни в малейшей степени. И дело даже не в том, что у Элен нет причин лгать (как и у Армана, чья подпись тоже стояла внизу). Осторожные, тщательно подобранные слова будто пролили свет на нечто и так понятное с самого начала – с того мгновения, когда Джеймс вышел из такси и она развернула его лицом к себе.
Это выражение – мимолетный звериный оскал, который так быстро сменился… Чем сменился? Красивой маской?
Потом заискивания управляющего «Негреско» и официанта… Не говоря уже о перепуганных глазах несчастного мальчишки, который обслуживал их вчера в «Золотой голубке». Всем троим Джеймс явно внушал ужас. Почему она не догадывалась, откуда у них этот страх?
Нет, догадывалась, конечно, но позволила Джеймсу отвести подозрения. Ее будто гипнотизировали, а она с удовольствием поддалась. Ей хотелось верить его россказням: как он жил в Ницце, почему приехал сюда, чем занимался, чтобы выжить.
Диана стала вспоминать, как Джеймс объяснял свое поведение после того, как его сбили. Почему она позволила убедить себя, что смерть врача была необходимостью, а не хладнокровным убийством? А прикованная к кровати старуха? Диана содрогнулась. Наверняка, если навести справки в деревне… как ее название?.. Лик, вроде бы, – то окажется, что в тот день в доме доктора было совершено двойное убийство.
Диану охватило невыразимо страшное чувство потери. В каком-то смысле ей было даже больнее, чем в тот злосчастный день в Дауэр-Хаусе, когда пришла весть о гибели Джеймса. Исписанные ровным почерком странички полностью стерли образ вновь обретенного – как она думала – мужа. За то время, пока Диана читала письмо, этот человек ушел в небытие.
В голове возник очередной мучительный вопрос. А что, если Джеймс, за которого она выходила замуж, которого любила без памяти и который обожал ее, тоже был иллюзией? Если бы его самолет не сбили и они стали бы жить вместе, сколько понадобилось бы времени, чтобы их брак дал трещину?
Они ведь почти не были вместе, если не считать нескольких свиданий незадолго до свадьбы – в общей сложности не больше недели.
И впрямь – бурный роман. А она-то думала, что знает его!
Какая наивная девчонка. Наивная и глупая.
Диана опустила голову. От слез на белой скатерти поползли темные кружочки.
Через некоторое время она услышала чьи-то шаги позади и обернулась. К ее столику шли Элен и Арман, оба – с решительными лицами.
– Диана! – сказала Элен. – Мы посылали вам…
– Да, – мрачно отозвалась Диана, вытирая салфеткой слезы. – Я прочитала. Только что.
Она медленно встала.
