На лицах людей застыла нерешительность, но то, что Кэлвин заставил их остановиться, уже было дурным знаком. Он потерял свой контроль над этими людьми, но какое-то чувство подсказывало Лоуренсу, что он в любой момент мог вернуть его обратно, пусть в меньшем масштабе, потому что часть людей уже перебежала в другой блок, спасаясь от невидимого пожара, но оставшихся было достаточно, чтобы доставить им неприятности.
– Никаких голов, – сказал Лоуренс. – Зачем стараться, если золото и так достанется нам.
И опять он увидел, как в глазах Кэлвина появилась обеспокоенность, но в этот раз смешанная с удивлением.
– Думаешь забрать моё золото себе? – спросил Кэлвин. – Расскажи мне, как ты собираешься это сделать, если ваше оружие бессильно против меня?
– Наше оружие, может, и не сработает, если я захочу застрелить тебя, – кивнул Лоуренс. – Но у нас есть он.
Лоуренс посмотрел на Майка.
– Помнишь, что я тебе говорил? – спросил он у великана. – Помнишь, что ты должен сделать, когда кто-то угрожает твоим близким?
Майк с непониманием посмотрел на Лоуренса, и тот на какое-то ужасное мгновение решил, что великан всё забыл, всё, о чём они говорили, но лицо Майка тут же прояснилось, и он улыбнулся.
– Я должен защищать тех, кто мне дорог.
– Правильно, – от облегчения у Лоуренса едва не закружилась голова. – Тогда убей его! Этот человек хочет навредить нам.
Палец Лоуренса уткнулся в Кэлвина, и на лице того отразилось такое изумление, что Лоуренс едва не улыбнулся. Это выражение особенно сладко было видеть на лице Кэлвина, и Лоуренс потом множество раз прокручивал этот момент в своей голове снова и снова, момент, когда самонадеянность и уверенность исчезла из глаз Кэлвина. Знаменитый маньяк-убийца за одно мгновение из охотника сам превратился в жертву. Конец, достойный, чтобы его увековечили в книге.
Майк прыгнул вперёд. В обычной жизни он был неловким и неуклюжим, панически всего боявшимся, но когда твёрдо знал, что делать, быстро превращался в необычайно ловкого человека. Первые три метра он преодолел за один прыжок. Оттолкнул надзирателей, стоявших между ним и Кэлвином, и оба достаточно крепких мужчины отлетели от него будто кегли. Кэлвин попятился назад, но Майк успел захватить полы его кожаного плаща и дёрнул на себя с такой силой, что ковбойская шляпа мигом слетела с его головы. Лоуренс опять от души порадовался, увидев шок, смешанный с недоумением на лице Кэлвина. Казалось, его лицо говорило: «как это возможно, такого не должно было произойти».
– Но произошло, ублюдок ты вонючий! – крикнул Лоуренс.
Но едва ли Кэлвин его слышал, потому что Майк уже заключил его в свои стальные объятия. Лоуренс не видел Кэлвина из-за широкой спины великана, но зато он видел, как вздулись мышцы на его руках, как напряглась его шея. Никто и никогда не захотел бы оказаться в объятиях Майка, когда великан был зол.
– Я защищу тебя, Оливия! – крикнул Майк, и его руки сжались ещё сильнее.
Гарет и Лоуренс переглянулись. Взгляд Гарета будто спрашивал, как ему в голову пришла подобная идея. Лоуренс пожал плечами. В его голове всегда было много идей (правда, не только хороших), но он никогда об этом не задумывался. Билл больше всего и ценил Лоуренса за это его качество. «Что бы ни случилось, наш Лорри всегда придумает, как нам выпутаться из ситуации», – говорил обычно Билл. Обычно так и было, он, Лоуренс, придумывал план, а Билл его исполнял. Планы не всегда были безупречны, но в большинстве своём они были намного лучше, чем могли бы быть. Использование Майка как оружия было хорошим тактическим ходом, теперь Лоуренс и сам мог это признать.
– Если вы решили, что уже победили, то вы ещё большие дураки, чем я думал, – крикнул Кэлвин.
Неожиданно комнату осветила невероятно яркая вспышка молнии, а потом лампы по всему блоку одновременно взорвались, и всё погрузилось в темноту. Раздались испуганные крики и топот ног, но не прошло и мгновения, как свет зажегся снова. Загорелись всего лишь несколько ламп, уцелевших от скачка напряжения, но их света всё же хватило, чтобы осветить блок пусть и тусклым, но всё же светом.
Первое, что увидел Лоуренс, был Майк, который стоял на том же самом месте, но в руках он сжимал не Кэлвина, а пустой кожаный плащ.
– Его нет, босс, – проговорил Майк с удивлением. – Только что я держал его, а потом раз, и его нет.
Вместе с Кэлвином исчезла и его сумка, но вот мешочек с золотом лежал на полу, и рассыпавшиеся монеты таинственно поблёскивали в свете оставшихся ламп.
Оливия взяла Лоуренса за руку, и это её прикосновение сказало ему куда больше слов. Её глаза сверкали.
– Ты спас нас, – сказала она.
– Не уверен, что здесь подходит именно это слово, – ответил Лоуренс, не в силах отвести взгляд от глаз Оливии.
– И всё же ты спас нас, – сказала она и улыбнулась. – Думаю, ты заслужил небольшую награду.
Лоуренс почувствовал, как волнующее тепло поднялось по его телу от ног и выше.
– Награда – это хорошо, – улыбнулся он. – Но только позже.