Мэри он нашёл на втором этаже, она складывала все ценные, по её мнению, вещи в огромный чемодан. Адам успел увидеть фотографии дочери, старинную вазу, доставшуюся Мэри от её бабушки, фамильное серебро и даже бронзовый подсвечник, неизвестно откуда взявшийся в их доме. Компанию всему этому составляли её любимые платья и костюм Адама, купленный им в городе на своё сорокалетие. Адам помнил, что этот костюм обошелся ему в сумасшедшие семьдесят пять долларов, но в тот момент ему хотелось себя побаловать. Правда, потом Адам пожалел о своём импульсивном поступке, он не понимал, зачем ему иметь в деревне элегантный костюм, да ещё и такой дорогой. В итоге костюм провисел в шкафу несколько лет, и Адам надевал его всего пару раз. Последнее, что Мэри уложила, была шкатулка с драгоценностями, подаренными Адамом за годы их совместной жизни.
«Небогатый улов», – думал Адам, смотря на шкатулку в руках жены. Один серебряный браслет, две пары серёжек из золота, но вместо настоящих камней в них были бирюза и хризолит. Были там ещё три кольца, обручальное, золотое с топазом, которое Адам подарил жене на первую годовщину свадьбы, и самое ценное из всей этой коллекции золотое кольцо с изумрудом, стоившее в своё время Адаму целого состояния. Это кольцо Адам купил Мэри, когда у них родилась дочь.
– Ты всё собрала? – спросил он.
Мэри подняла голову и посмотрела на Адама испуганными глазами.
– Ты думаешь, это необходимо? – спросила она.
Адам нисколько не сомневался в том, что им нужно как можно быстрее уезжать, но пугать жену он не хотел, поэтому пожал плечами.
– Уверен, Джордж преувеличил проблему, – сказал он. – Но подстраховаться никогда не будет лишним, не правда ли?
Мэри с сомнением посмотрела на своего мужа.
– А как же наш дом? Вдруг разобьет окно, а нас здесь не будет?
– Всё, что в этом доме имеет для меня ценность, я возьму с собой, – ответил Адам.
– Дай угадаю, ты говоришь обо мне? – с озорной улыбкой спросила Мэри.
– И об этом чемодане, – Адам указал на чемодан.
Мэри сделала вид, что хочет бросить в мужа шкатулку с драгоценностями, но потом положила её поверх костюма Адама и закрыла чемодан. Адам тем временем подошёл к шкафу и достал с верхней полки картонную коробку из-под обуви, в которой они хранили всю наличность. Адам поднял крышку и увидел на дне три тонкие пачки пятидесятидолларовых купюр, пачку двадцаток и несколько сотен. Всё, что удалось ему собрать за долгие годы. Не самое большое достижение, но он знал людей, которые не имели и десятой доли этого.
Он взял коробку и протянул её Мэри.
– Но здесь совсем нет места, – пожаловалась она.
– Так выкинь одно из своих платьев.
Адам спустился на первый этаж и прошёл на кухню, на секунду задержавшись возле большого окна в гостиной. Небо на востоке стало почти черным, и грозовой фронт очень быстро приближался к ним. Первые капли дождя уже барабанили по крыше.
– Мэри, я жду тебя в машине. – крикнул он. – Нам нужно торопиться.
Мэри что-то ответила ему, но Адам не расслышал её слов. Ветер глушил все звуки. Теперь Адам слышал, как дрожит и стонет дом. В тот момент ему впервые и пришла в голову выворачивающая внутренности мысль, что он видит свой дом в последний раз. Думать об этом было настолько невыносимо, что Адам тут же выкинул эти мысли из своей головы. Почему-то ему было совсем не тяжело поверить в то, что стихия может разрушить его дом, дом, в котором он прожил больше двадцати пяти лет. От этого ему стало дурно.
– Адам, что-то случилось?
Адам повернул голову на голос жены и увидел, что она стояла на верхней ступеньке лестницы и с беспокойством смотрела на него. Мэри всегда очень хорошо чувствовала его душевное и эмоциональное состояние, это, наверное, и была одной из причин, почему их брак продержался так долго.
– Ничего не случилось, – ответил он. – Просто пытаюсь вспомнить, не забыл ли чего.
– Ты тоже не хочешь оставлять дом? – Мэри было не провести.
– Конечно, не хочу, – сердито ответил Адам. – Но мы всё равно сейчас сядем в машину и поедем в Верхний город. Не имеет значения, чего мы хотим, главное, поступить правильно.
Полагая, что разговор закончен, Адам толкнул входную дверь и вышел на улицу. Ему стоило большого труда удержать дверь, чтобы ветер не швырнул её обратно. Вой стоял неимоверный, и этот шум напоминал Адаму крик дракона, выбравшегося на волю из цепей, которые сковывали его тысячи лет. Пугающий и одновременно с этим завораживающий звук.
Подождав, когда Мэри выйдет следом за ним, Адам закрыл дверь и запер её на замок.
– Ну и ветер! – в голосе Мэри звучало изумление и страх. Она смотрела вокруг расширившимися глазами, а ветер рвал на ней платье, тонкая материя так плотно облегала ноги, будто была мокрой, а волосы развевались подобно чёрному водопаду.