Тецуй похлопал «стукача» по плечу и прижал палец к губам. Тихо спросил – Ну, ты помнишь? Откроешь рот – я тебя на ленточки. Да?
«Волчонок» жалобно кивнул.
Повидав Гая, Рюйодзаки помчался во дворец. Он надеялся провернуть дело быстро и успеть вернуться до начала дежурства. Увы, порадовать Хенрика приятными новостями сразу не удалось. Дворец был полон суматохи, а Хенрик в апартаментах отсутствовал.
–– Куда принца дели? – деловито вопросил Рюйодзаки охрану. Страж огляделся по сторонам и сиплым шёпотом ответил. – Матушка на ковёр вызвала для согласования именин…
Точно! Тецуй щёлкнул пальцами. Через два дня Хенрику исполнялось целых девятнадцать лет!
Забыть было не мудрено, поскольку по сию пору никакие приготовления к празднику не велись, словно Элишия пребывала в спячке.
«Очнулась» – подумал Рюйодзаки.
В королевском кабинете мамаша и сын отстранённо и с нарочитой серьёзностью обсуждали пункты празднества. Королева сидела за столом. Она была без косметики и украшений, в платье холодных серых тонов. Хенрик в одежде багровых оттенков стоял напротив – читал план проведения торжеств. За окном хмурилось пасмурное небо.
–– Приглашай кого хочешь, но не больше ста, – тускло внушала королева, с неудовольствием разглядывая наряд сына. Он казался ей «с намёком».
–– Почему так мало? – взгляд Хенрика был полон неприязни.
–– Ты ещё не король. (И вряд ли им будешь.)
–– Не любите вы меня, матушка.
Обычно Элишия кидалась разуверять сыночка в обратном, но в этот раз она сказала. – Люблю, не люблю, сие к делу не относится.
Хенрик отследил её недовольное выражение лица, и вернулся к изучению «плана».
После праздничного завтрака в большом приёмном зале, он и гости должны были проследовать в театр на просмотр комедийной премьеры (с участием Клауса). Далее следовал лёгкий и изысканный обед под песни и музыку (опять с участием Клауса). А также вручение подарков, что грозило затянуться надолго. И наконец, ближе к вечеру после небольшого отдыха и перемены нарядов наступало время пышного бала с закусками, чрезмерным распитием алкоголя и танцами до упаду, после коего предполагалось развозить и разносить гостей по дворцам, комнатам и кроватям.
–– С вашей стороны гости будут? – осведомился Хенрик.
Элишия коротко кивнула. Она уже разослала приглашения «своим» гостям.
–– Вижу: настроение у вас не радостное, – справедливо заметил сын. – Откланяюсь, пожалуй.
–– Если хочешь что-то изменить или добавить, – Её Величество кивнула на сценарий. – Говори сейчас.
Хенрик задумался, потом грустно улыбнулся и смиренно попросил. – Хочу, чтобы великолепная Лукреция Боска будущая Эрлинг была в платье чёрных и красных цветов…
Элишия откинулась на спинку кресла и сложила руки на груди. У Лукреции не было платья указанных цветов. И вряд ли за оставшиеся два дня подготовки она успеет его получить.
–– Не дури…– попросила мать.
Хенрик закатил глаза. Демонстративно сел прямо на пол посреди кабинета, потом лёг. В таком положении он начал извиваться и взбрыкивать ногами в красных чулках. Бледное лицо с яркими накрашенными губами кривилось плаксивой гримасой. – Хочу, хочу, хочу… хочу Боску в платье красно чёрном! А-а-а…
Элишия подпёрла подбородок рукой, и некоторое время спокойно наблюдала за корчами сыночка.
Хенрик по извивался ещё немного, потом затих и посмотрел на матушку сквозь белёсые ресницы. Капризным голосом предупредил. – Если у Боски не будет платья…, свой день рожденья я проведу у себя в апартаментах!
–– Я передам ей, – кивнула королева. – Ступай уже…, высерок юродивый.
Хенрик переварил «высерка», которого сам же и преподнёс матери в своё время, поднялся и похлопал себя по ягодицам и ляжкам, отряхиваясь от несуществующей пыли. Сутулясь, он вышел из кабинета. «Ненавижу её… ненавижу… ненавижу!!» – едва слышно бормотал он себе под нос.
Элишия в свою очередь думала: «Может и впрямь выпороть его, как советовал Тайбай…».
Твёрдой рукой она написала несколько строчек на бумаге, запечатала письмо и позвонила в колокольчик. В кабинете немедленно нарисовался Дзиро Каценаги. Глаза у Дзиро заранее пучились из орбит – он слышал визгливые вопли Хенрика, кои проникали из кабинета в приёмную.
–– Прямо сейчас без промедления отдай это Боске! – её Величество протянула секретарю записульку. – Кланяться не надо! – Предупредила она серию затяжных поклонов. – Я сказала немедля!
Испуганный Дзиро выхватил записку из высочайших рук и прытко умчался из кабинета.
Ровно через десять минут Лукреция Боска держала в руках королевское послание. Оно гласило:
«В приказном порядке быть на именинах наследника в платье чёрно-красных цветов! Дело государственной важности, а иначе позору не оберёшься. Твой придурочный жених и мой, увы, сын пожелал такое платье на тебе, а в случае отсутствия оного, он отказывается присутствовать на собственных именинах. Придумай что-нибудь, милая. Ты же умная девочка. Элишия.»
Пять минут назад Лукреция собиралась в сад – смотреть на лотосы. Теперь прогулка «умирала» на глазах.
