Его голос заставил меня замереть на месте. Я ждала капитана на лестничной площадке. Когда он догнал меня, принялся пристально изучать мое лицо.
– Ты в порядке? – поинтересовался он, переведя взгляд на синяк на щеке. – Как запястье?
– Распухло.
– Можно, взгляну? – спросил он.
Я кивнула, его теплые ладони коснулись моих. Когда Рэйвин осмотрел мою пострадавшую руку, прядь черных волос упала из-за его уха на бровь. Я сдержала желание вернуть ее на место. Осторожно он ослабил белую ткань, которой Филик обвязал мне запястье накануне вечером. Я поморщилась, когда капитан убрал ее, – кожа была разгоряченной и распухшей, испещренной фиолетовыми синяками.
Пальцами Рэйвин скользнул по поврежденному суставу. Затем закрепил повязку.
– Все не так страшно, как кажется, – заключил он. – Но вас нелегко напугать, не так ли, мисс Спиндл?
– Элспет, – напомнила я ему.
Он сморщил нос, уголки его рта приподнялись. У меня в груди что-то сжалось, когда я увидела, как Рэйвин улыбается.
– Некоторые вещи все же меня пугают, – призналась я. – Король. Целители. Дестриэры.
Капитан склонил голову набок.
– Все дестриэры?
– Не знаю, могу ли и дальше называть тебя одним из них.
– Кем еще я могу быть?
Мои губы изогнулись.
– Разбойником.
Его улыбка стала шире. Но прежде чем Рэйвин успел ответить, дверь гостиной внизу лестницы открылась. Вышла Моретта Ю, а за ней следовала самая красивая женщина, которую я когда-либо видела.
Увидев меня, она улыбнулась.
– Вот ты где, кузина, – сказала Айони, взгляд ее карих глаз метался между мной и Рэйвином. – Наконец-то проснулась.
Мы сидели в гостиной у очага. Рэйвин с матерью заняли кресла с высокими спинками. Напротив, на длинной скамье с покрывалом, сидели мы с Айони. Я наблюдала за кузиной через плечо, теряясь в неземном сиянии ее кожи, волос, глаз, не зная, завораживала или же ужасала меня ее новая красота.
Но я не видела яркого розового света. Она черпала красоту из Карты Девы, но по причине, которую я не могла понять, Айони не носила ее при себе. Ужасный риск, на который почти никто не шел.
Магия Карт Провидения не ограничивалась расстоянием – карту можно было взять и оставить в другом месте. Но, не имея Девы под рукой, Айони не могла высвободить ее магию по своей прихоти. Не могла и освободиться от дурных последствий, когда те неизбежно проявлялись.
А у Девы дурное влияние ощущалось как абсолютное предательство по отношению к Айони Хоторн, которую я всегда знала.
Бессердечность.
Поймав мой взгляд, кузина приподняла бровь.
– В чем дело, Бесс? Ты, разумеется, все еще узнаешь меня?
Едва ли. Даже ее голос изменился.
– Ты выглядишь… прекрасно.
– Помолвка меня красит, – сказала она, задержав взгляд на синяке на моей щеке. – Жаль, нельзя сказать того же и о твоей новой жизни.
– Мисс Хоторн направлялась из Стоуна к себе домой и любезно решила нанести нам визит, – пояснила Моретта теплым и гостеприимным голосом. Но, как и остальные члены семьи, я начинала понимать, когда она притворяется.
Она удивлена появлением Айони в замке Ю не меньше меня.
Кузина улыбнулась, щель в ее зубах исчезла под влиянием Девы.
– Как вы добры, что простили мне вторжение. Я не была в замке Ю с самого детства.
Несмотря на боль в животе от того, как сильно я скучала по кузине, я никак не могла избавиться от ощущения, что между нами произошло нечто необратимое: наши разногласия в Стоуне и магия Карты Девы сделали из нас чужаков.
Но Айони не упоминала о нашем споре. Она говорила о Стоуне и завершении Равноденствия, о дворе и короле. Болтала о свадебных приготовлениях, но мало о Хауте, и ни словом не обмолвилась о том, почему заглянула в замок Ю.
Напротив нас Моретта хорошо играла роль хозяйки, кивая и вставляя нужные реплики, повторяя движения Айони. Ее сын, однако, выглядел так, словно его вели за ошейник к палачу. Рэйвин ссутулился в кресле, наблюдая за тем, как Айони говорит, его рот представлял собой тонкую линию, взгляд оставался пустым. Он опирался подбородком на руку, темные волосы падали ему на лоб.
Капитан напоминал задумчивого капризного мальчишку, облаченного во все черное и вынужденного терпеть любезности. До боли, несправедливо красивого.
Должно быть, он почувствовал, что я наблюдаю за ним, потому как, когда Рэйвин поднял на меня взгляд, его глазам вернулось былое сияние, а губы изогнулись в неуловимой полуулыбке.
Прошлая ночь заполнила все мои мысли. Стук сердца Рэйвина возле уха, когда я прислонилась к его спине, впитывая тепло. Ощущение его рук на моей талии.
В разговоре повисла пауза. Все взгляды обратились ко мне. Я моргнула, возвращаясь к реальности.
– Прости, что?
– Я спросила, что случилось, – сказала Айони нехарактерно ровным тоном. Ее взгляд упал на мою повязку. – С твоей рукой.
– Упала с лошади, – слишком поспешно ответила я.
Айони приложила руку ко рту, будто прикрывая смех. Но смеха не последовало.
