Рэйвин, Джеспир и Элм ужинали с другими дестриэрами. За длинным обеденным столом, высеченным из изогнутого дерева, сидели только мы с Фениром и Мореттой. Когда они решили уйти к себе пораньше, я не стала жаловаться.
Я брела по длинному коридору обратно в свою комнату, напевая про себя одну из мелодий Кошмара.
Впереди послышались шаги, затем негромкие голоса. Я бы ушла в комнату, чтобы меня не поймали за подслушиванием, если бы не услышала, как один из собеседников произнес мое имя.
Элм наполовину прошептал, наполовину прошипел:
– Мы понятия не имеем, что произошло в лесу, – сказал он. – Спиндл… Ее способности…
– Они невероятны. Она спасла тебе жизнь. Не думаешь, что Элспет заслужила передышку от твоей привычной враждебности?
– Я не говорю, что не благодарен, что спасся от острия меча, Рэйвин. Просто нам следует соблюдать осторожность. Хаут выглядел так, словно на него напало животное, а не женщина. Мы слишком многого о ней не знаем. – На мгновение Элм замолчал. – Твоя Карта Кошмара могла бы помочь с этим.
Я ощутила, как по спине пробежал холодок.
– Нет. Я не собираюсь этого делать, – грубо ответил Рэйвин.
– Ты без угрызений совести используешь ее на остальных. Почему не на ней?
– Остальные дали согласие. А она – нет.
– И ты не думаешь, что, возможно, все потому, что ей есть что скрывать?
– Ей было что скрывать бо́льшую часть своей жизни. – Голос Рэйвина оборвался. – Разве ты не видишь?
– Похоже, не так хорошо, как ты.
– Что это значит?
– Ничего, – сказал Элм. – Но мы не можем позволить себе совершать ошибки, только не когда подобрались так близко. Сломать руку Хауту – как бы мне это ни было приятно – безрассудный поступок.
Спустя некоторое время Рэйвин ответил:
– Я знаю.
– Ты не должен ослаблять бдительность, Рэйвин. Особенно из-за нее.
– Принято к сведению, – сказал капитан низким, ледяным тоном. – Спокойной ночи, кузен.
Послышались шаги. Я возилась с задвижкой, создавая слишком много шума. Не успела войти в комнату и закрыть за собой дверь, как по дереву раздались три резких стука.
Кошмар вздохнул
– Кто там? – спросила я чересчур высоким голосом с придыханием.
– Рэйвин.
Когда открыла дверь, узел в животе затянулся туже: капитан дестриэров был поразительно красив в темно-зеленой тунике. Он прислонился к дверному проему, его мозолистые пальцы отбивали ритм по старому дереву. Он смотрел на меня, склонив голову набок, точно пытливая хищная птица.
– Думал, ты еще ужинаешь.
– Никто из нас не был голоден. Я только что вернулась.
– Да. Я слышал тебя.
Он не спросил, подслушивала ли я их разговор. Без сомнения, он уже знал. Капитан тяжело вздохнул.
– Прости за сегодняшний день, – сказал он. – Уверен, тебе нелегко далась встреча с Хаутом после прошлой ночи.
Когти Кошмара щелкнули у меня в сознании.
– Это не из-за тебя, – произнес Рэйвин, – то, что я сломал ему руку. То есть из-за тебя… Но есть нечто большее.
– А?
– У нас с кузеном необычайно враждебные отношения.
Я фыркнула.
– Я заметила.
– Хаут ненавидит зараженных. Сильнее остальных. И ему претит то, что его отец сделал меня капитаном. – Рэйвин закусил губу, напрягшись всем телом. – Это Хаут рассказал королю о моем заражении. Десять лет спустя сделал то же самое, когда Эмори подхватил лихорадку.
Я почти чувствовала, как напряглись плечи капитана. Мне хотелось протянуть руку и коснуться его ладони – сказать, что я понимаю его лучше, чем, возможно, кто-либо другой. Но я этого не сделала.
– Но я пришел к тебе не за этим, – сказал Рэйвин.
– Нет?
– Еще вчера хотел показать тебе кое-что, но не было времени, – сказал он. – Однако, если ты устала, это может подождать.
Я устала. Но во мне что-то шевельнулось – нечто безымянное, и я знала: если проигнорирую его, оно будет грызть меня всю ночь. Нахмурившись, я прислонилась к противоположной стороне дверной рамы.
– Что это?
Уголок губ Рэйвина приподнялся.
– Увидишь.
Мы вышли из замка не по главной лестнице, а по извилистому проходу для слуг, ступая торопливыми шагами, пока не достигли маленькой деревянной двери в сад. Снаружи полная луна отбрасывала жуткие тени сквозь туман, в порывах осеннего ветра сад напоминал призрака.
Я осторожно последовала за Рэйвином по той же тропинке, по которой мы шли накануне. Когда над моей головой раздался крик совы, я подпрыгнула и приблизилась к капитану, который вел нас через заросли терновника, по тропе, укрытой тенью.
Ночью руины древнего замка выглядели еще более причудливо. Они стояли, скрытые туманом, впитывая лунный свет.
На краю кладбища возвышалась каменная комната с темным и зловещим окном.
Взгляд Кошмара рассеял тьму вокруг нас.
– Мы идем туда? – прошептала я, пока Рэйвин уверенно шагал мимо нависающего тиса.
– Да.
